Сложная экология: что такое sustainability и почему все сегодня об этом говорят
У авторитетного ресторанного рейтинга The World 50 Best Restaurants уже есть номинация sustainable restaurant, а в России до сих пор не договорились, как правильно переводить этот термин. Time Out решил разобраться, почему sustainability становится все важнее для индустрии питания.
Обычно под sustainability понимают такую организацию системы (неважно какой именно — ресторана, фермы или дорожной сети), которая причиняет минимальный ущерб окружающей среде и учитывает долговременные перспективы ее развития. И хотя первое значение sustainable — «прочный, устойчивый» (поэтому иногда говорят об «устойчивом развитии»), применительно к ресторанам это определение лучше переводить как «природосообразный». И, да, это самый актуальный мировой тренд — ни о чем не говорят сегодня так много, и никакая другая идея не приобретает сторонников с такой быстротой.
Английская The Sustainable Restaurant Association стартовала в 2010 году с двух ресторанов-участников: 10 лет назад ее придумали энтузиасты из консалтинговых агентств, чтобы объяснить рестораторам, зачем нужно переводить заведение на более природный режим работы. Сейчас ассоциация насчитывает уже 8000 членов (более того: ее почетным председателем стал Раймон Блан, патриарх британского поварского цеха) и вручает ежегодные премии в 17-ти номинациях: от «лучшей работы с сезонными и локальными продуктами» и «наименьшего количества мусора» до «честного взаимодействия с персоналом» и «поддержки локального коммьюнити». В США примерно те же задачи решает The Green Restaurant Association, у которой есть отделения в 41 штате и в Канаде и, разумеется, собственная премия.
Что может сделать ресторан для устойчивого развития окружающей среды? На английском уже существуют подробные инструкции на эту тему. Если вкратце, главное — минимизировать вред, который причиняетcя экологии. Отсюда интерес к локальным продуктам и собственным фермам: с ними нет необходимости в дальних перевозках, а, значит, уменьшается углеродный след. И, конечно, не забываем про помощь местным производителям.
Из продуктов свой фермы Дэн Барбер, помимо прочего, готовит около 80 видов консервов: от маринованной незрелой голубики до итальянского овощного ассорти джардинера.
Шеф-повар Вирхилио Мартинес (Central, Перу) в прошлом году открыл ресторан Mil в Куско, чтобы поддержать локальное фермерское сообщество в рамках своего более крупного проекта Mater Iniciativa, изучающего гастрономическое наследие Перу. У австралийского Brae есть собственная ферма с оливковой рощей, фруктовым садом и грядками, а The Restaurant at Meadowood и вовсе находится в долине Напа в Калифорнии, где растет почти все, что душе угодно, — неудивительно, что пользуется он только продуктами из своего огорода. Но идеальный вариант — это замкнутый цикл, на базе которого устроен Blue Hill at Stone Barns Дэна Барбера: собственная ферма снабжает ресторан и забирает все органические отходы в компостную кучу. Поскольку во время разложения органика нагревается, компост приспособили в том числе и для приготовления яиц: этой температуры им достаточно, чтобы свариться.
Сезонность вообще одно из ключевых понятий для природосообразных ресторанов. Например, Le Cinq в парижском отеле Four Seasons Hotel George V присоединился к инициативе по сохранению биоразнообразия океанов: шеф-повар Кристиан Ле Скер сам вырос в семье рыбаков, поэтому ему легко удалось наладить сотрудничество с небольшими рыбачьими артелями, которые поставляют в ресторан сезонную рыбу, выловленную не промышленным способом.
Еще один шаг на пути к природосообразности — переход с бутилированной минеральной воды на многоразовые стеклянные бутылки и кувшины, которые помогают снизить количество не только пластикового, но и стеклянного мусора. Отказ от пластика даже становится государственной политикой: в 2019-м Великобритания собирается запретить пластиковые соломинки, в кафе и ресторанах Южной Кореи нельзя наливать напитки в пластиковые стаканчики (только если вы не собираетесь брать их с собой), другие европейские страны и США тоже обсуждают варианты.
В марте 2018 года в соборе Мадлен Массимо Боттура открыл для бездомных и беженцев столовую Refettorio Paris, для которой супермаркет Carrefour ежедневно предоставляет 130 кг списанных продуктов.
Недаром самой модной философией прошлого (и этого) года стала концепция zero waste (дословно «ноль отходов»). Рестораны, ей следующие, стараются производить как можно меньше мусора, а в идеале — обходиться без него. Пластиковая упаковка упраздняется, бумажная отправляется на переработку, вместо химических моющих средств и синтетических губок в ход идут изделия из переработанной органики, а пищевые отходы используются либо для бульонов, напитков и начинок, либо для компоста (кстати, производство маленьких биореакторов, идеальных для небольших ресторанов, — один из популярных сегодня видов бизнеса). Самый яркий в этом смысле пример — Woodberry Kitchen в Мериленде, который собирает устричные раковины, чтобы выбросить их обратно в Чезапикский залив, – это помогает поддерживать естественный порядок вещей: на искусственных отмелях из ракушек могут расти новые устрицы.
Зачем спасать овощи и фрукты, которые завтра окажутся в мусорном ведре, обсуждали прошлым летом и в Москве — на «Смене Food Waste», заручившись жуткими цифрами выбрасываемых во всем мире продуктов. На Даниловском рынке была запущена целая программа, цель которой — не просто донести до людей суть проблемы, но и сориентировать их, как справиться с нею собственными силами. Организаторы провели семинары по экономии закупок, с помощью прогрессивных московских шефов продемонстрировали способы приготовления вершков и корешков, рассказали про то, как правильно хранить продукты.
Рестораны во всем мире все чаще задумываются о том, как получить собственную энергию из альтернативных источников, будь то река, ветер или солнце. Те из них, которым позволяет климат, в массовом порядке ставят солнечные батареи у себя на крышах, хотя их утилизация — вредный для природы и во многих странах не до конца отрегулированный процесс. Самые ответственные используют солнце только для нагревания воды.
Энеко Атча, возглавляющий кухню самого природосообразного в мире ресторана Azurmendi, недавно запустил программу Bestfarmers: чтобы звездами могли стать не только шефы, но и фермеры.
Так, Azurmendi в Бильбао следит за экологией на всех этапах: у него в карте есть вина из собственной винодельни, расположенной ниже по склону, на крыше находится небольшая теплица, а еще — резервуар с водой, которую греет солнце. Рядом высадили около 800 деревьев исключительно для того, чтобы те перерабатывали углекислый газ в кислород. Весь мусор отправляют на переработку, а продукты, которые не могут вырастить сами, покупают у местных фермеров.
За всем этим, впрочем, часто забывают о важной составляющей природосообразности — экологичных условиях труда для всех участников. Недавно мировая пресса возмущенно описывала ужасные условия проживания стажеров в том же Azurmendi. Надо сказать, что со стажерами во всех звездных ресторанах обращаются как с новобранцами в армии, если не хуже, но Azurmendi был назван «самым природосообразным рестораном мира» по версии The World 50 Best Restaurants, и ему сильно досталось именно за несовпадение декларируемых идей с реальным положением дел.
В последнее время публично покаялись в том, как ужасно обращались с персоналом, все известные тяжелым характером шефы — от Рене Редзепи до Марко Пьера Уайта. Не заглядывая на кухню, сложно судить, насколько изменилась ситуация, но, по крайней мере, стало неприлично швыряться в поваров сковородками. И то, как ведет себя шеф-повар со своей командой, сегодня едва ли не важнее того, какие продукты и сочетания он использует в своих рецептах. Ведь, как настаивает консультант по организации работы персонала и автор книги «Миллион приветствий» Дэн Сакс: «Сотрудники обеспечивают тот сервис, за которым приходят люди. Счастливые сотрудники обеспечивают счастливых гостей».
Harvest использует только сезонные локальные продукты, чтобы максимально уменьшить углеродный след. Поэтому в февральском меню здесь — вяленая свекла и молодой сыр с маленькой фермы под Петербургом.
Вряд ли кто-то из отечественных рестораторов всерьез задумывался о том, как сделать своих подчиненных счастливее, и все-таки мы тоже потихоньку начинаем осваивать тему sustainability. Из самых продвинутых — московские Bjorn, исповедующий философию zero waste, Twins Garden с собственной фермой в Калужской области, максимально локаворский «Марк и Лев» и недавно открывшийся в Петербурге Harvest Дмитрия Блинова, который попытался объединить идеи природосообразности в одну программу. Здесь тщательно сортируют отходы, точно зная, куда отправится каждый пакет. Стекло вывозят на переработку, пластик отправляют сначала на производство гранул, а потом на повторную переработку, бумагу — на гипсокартон. Стараясь как можно меньше мусорить (и речь не только о мусоре пищевом), Блинов отказался от вакуума, бумажных салфеток на кухне и индивидуальных пластиковых упаковок. Происхождение продуктов не менее важно: на кухню Harvest, например, никогда не попадет рыба, добытая траловым методом. И даже кофе, который пьют гости, выращен фермерами, участвующими в программе AAA Sustainable Quality.
Непоколебимые устои: как развивается мода с приставкой sustainable
Что такое sustainability
Всерьез о пагубном влиянии человека на природу в мире заговорили еще во второй половине XX века. В 1972 году на конференции в Стокгольме члены ООН подняли вопрос о том, как рост населения и производственных мощностей влияет на состояние планеты. Спустя 11 лет, в 1983-м, была созвана Всемирная комиссия по окружающей среде и развитию. А еще через четыре года ее председатель Гру Харлем Брундтланн (по совместительству премьер-министр Норвегии) выступила с докладом «Наше будущее», где впервые прозвучало слово sustainability. Потребовалось немногим больше 30 лет, чтобы из термина для узкой группы лиц это понятие стало одним из самых важных в новостной повестке. А вот с внятным переводом на русский язык так и не задалось. Все дело в том, что sustainability — феномен многозначный, поэтому окончательная формулировка звучит довольно размыто: «устойчивое развитие».
Устойчивое развитие включает в себя все аспекты этического ведения бизнеса. Всего их три: экологический, социальный и экономический. С первым все более-менее ясно: на плечи компаний ложится ответственность за углеродный след, количество потребляемой воды, число отходов. Кстати, по объему пластика, который попадает в Мировой океан, индустрия моды действительно занимает второе место — после бытовых отходов. Социальный фактор подразумевает своевременную оплату и адекватные условия труда. Из-за этого, например, сложно назвать устойчивыми крупные бренды с большой цепью поставок: далеко не все берут ответственность за подрядчиков и тем более субподрядчиков, которых может быть во много раз больше. Например, конгломерат Inditex обвинили в неэтичности, когда покупатели вещей Zara стали находить на своих вещах бирки с надписью: «Я сшил вещь, которую вы собираетесь купить, но мне за нее не заплатили». Экономический же аспект еще глобальнее — должны появляться новые рабочие места, а общее благосостояние населения расти.
Неоднозначный подход
К сожалению, пока нет единого ответа на вопрос, как спасти планету. Из-за этого разнится и подход к устойчивому развитию. Производители меха, например, спорят с зоозащитниками. Главный аргумент вторых: мех — это слишком жестоко по отношению к животным. Но первые с ними не согласны: от производства искусственного меха остается слишком много продуктов нефтепереработки, которые, в свою очередь, загрязняют окружающую среду. Есть проблемы и с органическим хлопком: хотя для его производства не используются пестициды, а объем потребляемой воды существенно ниже, итоговая стоимость товаров получается намного выше.
Термин «гринвошинг» обозначает недобросовестную эксплуатацию «устойчивой» повестки
Несмотря на громкие заявления миллениалов, которые ратуют за «зеленую» философию, далеко не все готовы голосовать за экологию кошельком. К счастью, производители это понимают и стремятся сократить стоимость товаров без ущерба для этики. Например, сын Натальи Водяновой — Лукас Портман — в апреле 2021 года запустил собственную марку кроссовок Fashion Baby. Обувь делают в Португалии, при этом для создания сникеров используют обрезки с производств кожаных изделий в Италии. Сам Лукас, который выступает и как дизайнер, и как CEO, и как главный (после мамы) амбассадор бренда, говорит, что стоимость продукции будет только падать: пока за пару кроссовок с бабочкой на подошве придется заплатить не слишком демократичные €330.
Кто на светлой стороне
Для многих маркетологов мода на все экологичное стала золотой жилой. Появился даже термин «гринвошинг», который обозначает недобросовестную эксплуатацию «устойчивой» повестки. Отличить гринвошинг среднестатистическому потребителю не всегда бывает легко, сказывается огромное количество терминов и непрозрачная система коммуникации. На помощь приходят организации, которые задают стандарты производства. Хороший пример — сертификат GOTS (Global Organic Textile Standard). Организация, которая его выдает, подтверждает, что бренд действительно делает товары из органического хлопка. Причем маркировка organic будет отличаться от маркировки made with organic — в первом случае вы можете быть уверены, что для производства использовалось 95% органического волокна, а во втором его содержание может составлять всего 70%.
У Pangai есть патенты на материал из морских водорослей, наполнитель из дикорастущих цветов и альтернативу натуральной коже из виноградного жмыха
Проверить, насколько этичен тот или иной бренд, можно на специальных сайтах, например, Good On You. Этот способ подходит тем, кого волнуют все аспекты устойчивого развития в комплексе. Так, например, adidas получила на сайте оценку Good (это значит, что компания набрала 4 балла из 5), а Nike — It’s A Start (3 из 5). Сервис оценивает отношение бренда к экологии, животным и людям. При этом нужно учитывать, что одним из самых важных факторов при оценке становится прозрачность — в первую очередь коммуникации. Чем больше компания рассказывает о своих инициативах, цепочках поставки, взаимодействии с подрядчиками, тем больше к ней доверия.
Хороший пример подает бренд Pangaia, который вот-вот запустится в России (первый корнер откроется в ЦУМ — представители марки утверждают, что спрос на продукцию бренда за 2020 год значительно вырос). Марка, которую запустила Мирослава Дума, прославилась своими минималистичными спортивными костюмами из веганских материалов. Компания серьезно вкладывается не только в продвижение, но и в сегмент R&D. «Мы привлекаем к сотрудничеству выпускников MIT, Гарварда и Стэнфорда и дизайнеров, окончивших ведущие мировые школы, чтобы наша продукция объединяла науку и вневременной дизайн». Их ткани можно действительно назвать инновационными — в этом они не уступают мастодонтам вроде Patagonia или Stone Island.
Ткани делаются из неожиданного сырья: у бренда зарегистрированы патенты на материал из морских водорослей, наполнитель для пуховиков из дикорастущих цветов, биополимеров и аэрогеля, альтернативу натуральной коже из виноградного жмыха и органического хлопка. В случае с виноградом компания, кстати, помогает не только модной индустрии, но и сельскохозяйственному сектору (в частности, винодельческой отрасли Италии, в противном случае жмых отправился бы на свалку). Причем в гринвошинге марку не обвинить: главная цель компании — разработать материалы, которые по качеству не будут уступать привычному хлопку. В интервью Forbes Life представители Pangaia рассказали, что волокно из водорослей сохраняет полезные свойства сырья — хорошо впитывает влагу, не вызывает раздражения на коже и даже, наоборот, может оказывать легкий заживляющий эффект — например, уменьшать раздражение. Красители тоже добывают из натуральных ингредиентов — фруктов, овощей и других растений. Требований к краске хватает: она должна быть нетоксичной, биоразлагаемой, а на производство должно тратиться меньше воды.
Нам удается значительно сократить углеродный след за счет того, что мы выпускаем только необходимое количество вещей
Вопрос с избытком вещей у Pangaia тоже закрыт. «Объемы нашего производства диктует спрос. Наша цель — освободить планету как от мусора на свалках, так и от дыма, который образуется при сжигании вещей. Нам удается значительно сократить углеродный след за счет того, что мы выпускаем только необходимое количество вещей. Лимитированные дропы работают не только и не столько как экономическая модель. Мы осознанно подходим к производству, постоянно анализируем данные и совершенствуем систему».
Российские бренды пока не так увлечены мировым трендом на sustainability, хотя потребители постепенно начинают проявлять интерес к осознанным маркам. Свидетельство тому — рост спроса в разделе Conscious на Farfetch на 87% (в 2020-м по сравнению с 2019-м), которые отмечает директор по устойчивому развитию бизнеса Томас Берри. Другой пример маркетплейс — Lamoda в ноябре 2020 года запустила специальный раздел Lamoda Planet, который регулярно пополняется вещами Levi’s, Sandro, adidas, Bawer, Ralph Lauren, Marks & Spencer и других брендов, которые создают одежду с заботой о природе. «С момента запуска уже более 9,5 тысячи товаров прошли нашу проверку и стали частью раздела Lamoda Planet. За два месяца россияне потратили более 50 млн рублей на экологичные, этичные и благотворительные товары. Это впечатляющий старт: рынок экотоваров в России не только есть, но и активно развивается», — поделилась Оксана Костив. К тому же курс на устойчивость взят в сфере вторичного использования товаров. По этой ссылке Forbes Life рассказывал, что такое ресайклинг, апсайклинг и даунсайклинг и как в России развивается переработка.
С любовью к природе: 5 российских экобрендов одежды, созданных женщинами
С любовью к природе: 5 российских экобрендов одежды, созданных женщинами
Sustainable Sourcing
What is Sustainable Sourcing?
Sustainable sourcing is the integration of social, ethical and environmental performance factors into the process of selecting suppliers.
Sustainable sourcing is critical across all industries. As supply chains continue to expand globally into developing countries, seeking lower costs and greater production capacity, they expose companies to an even wider array of risks. These risks include the possibility of supply disruption, cost volatility, threats to brand reputation and challenges related to compliance with local laws and regulations. Companies must meet the growing expectations of stakeholders (customers, shareholders, employees, non-governmental organizations, trade associations, labor unions, government observers, etc.) and take responsibility for their supplier’s environmental, social and ethical practices. Thus, companies are increasingly incorporating sustainable sourcing into their procurement and supply chain management process to better understand and manage risks while tapping into significant opportunities.
The ultimate goal of sustainable sourcing is to build strong, long-term relationships with suppliers. Improving performance on environmental, social and ethical issues is vital to developing such relationships. Working toward this has become an extension of a company’s commitment to corporate responsibility and, as such, a key component of the overall business structure and model. Effective supply chain management can foster and build competitive advantages for companies, especially in sectors like food and clothing where production is mainly outsourced.
Building a Business Case for Sustainable Procurement: a 5-Step Guide
Basics
1: Develop and integrate sustainable policies into the supplier selection process
Typically, procurement leadership develops a vision that aligns with their company’s responsible business policy. Specific procurement policies are then developed to integrate sustainability values into the various processes and criteria for supplier selection and management.
2: Set and communicate clear expectations for suppliers
A company must make its expectations clear when engaging a supplier. This is usually done through a code of conduct and integrating expectations into contracts, supplier interactions and communications (such as RFx templates).
3: Integration into buying practices
Provide the vision, training and tools for buyers to integrate sustainable sourcing into their practices and procurement decisions. This may include new software, CSR and responsible business training, and an updated management plan. Internal change management programs convey to the corporate buyers the impact their buying decisions will have at the factory level and promote cooperation between corporate buyers, the supplier sales team and units of production when planning production schedules.
4: Educate and support suppliers in setting their own business standards
As part of the process, companies should encourage suppliers to develop responsible practices on their own. Educating suppliers on the business and community benefits of practicing responsible business entails topics such as productivity, quality, community support and engagement, recruiting, employee turnover and contract renewal. Lastly, it is important to work collaboratively with suppliers when structuring objectives for their responsible business performance.
5: Ongoing monitoring of supplier CSR performance
Ongoing monitoring and the use of assessments and audits are essential to maintaining a supplier’s environmental and social performance. Using multiple sources of data and input from stakeholders is vital for gaining a balanced, thorough view of their performance over time. Companies may be able to greatly accelerate their program and save costs by seeking out related initiatives in their industry sector where they can partner with their peers to develop common approaches for assessing and monitoring suppliers.
6: Manage stakeholder expectations and reporting on practices
Transparency is the final step to building and maintaining stakeholder trust. The program should produce supplier performance information that can be included in annual CSR reporting.
Moving forward
If implemented effectively, sustainable sourcing can drive growth. To move forward, a company must:
СОДЕРЖАНИЕ
Задний план
В прошлом компании часто могли отделиться от неустойчивых и неэтичных практик в своих цепочках поставок, если их внутренние методы считались устойчивыми. Скандалы с цепочками поставок, такие как использование детского труда на фабриках Nike в 1990-х, использование токсичной свинцовой краски в игрушках Mattel в начале 2000-х, а также недавний крах фабрики, связанной с Primark, в Бангладеш, однако, помогли повысить осведомленность о неустойчивых поведение в цепочке поставок. Давление со стороны заинтересованных сторон вынудило компании взять на себя ответственность за повышение устойчивости за пределами организационного уровня. Когда компании стали нести ответственность за устойчивость своих партнеров в цепочке поставок, в дополнение к своей непосредственной организации, стало ясно, что компания является устойчивой настолько, насколько ее поставщики.
Определение устойчивых источников снабжения
Устойчивое снабжение можно определить как получение материалов, продуктов и услуг, в которых нуждается организация, от своих поставщиков с соблюдением социальной и экологической ответственности, но при этом экономически обоснованным.
Экологически ответственный
Социально ответственный
Деятельность цепочек поставок также имеет социальное измерение. Компании часто не обеспечивают справедливого обращения и безопасных условий труда для работников, особенно в развивающихся странах, где осуществляется большая часть производства. Кроме того, ранее упомянутые воздействия на окружающую среду также имеют последствия для здоровья и благополучия сообществ. Чтобы смягчить эти воздействия и выполнить «социально ответственный» компонент устойчивого поиска поставщиков, компания может предпринять такие шаги, как установление трудовых стандартов среди поставщиков и оценка нескольких социальных показателей при выборе поставщиков.
Экономически выгодно
В традиционных методах поиска поставщиков основное внимание уделяется получению продукта самого высокого качества по наиболее разумной цене, при этом мало внимания уделяется последствиям производства такого продукта. Устойчивый поиск поставщиков требует, чтобы компании соблюдали высокие экологические и социальные стандарты, продолжая обеспечивать хорошую экономическую ценность по конкурентоспособной цене.
Обеспечение устойчивости
Добровольные стандарты устойчивости (VSS)
В регулировании мировой деловой практики произошел значительный сдвиг с государственного на частный, поскольку компании все больше несут ответственность перед потребителями и обществом в целом. С 1970-х годов были разработаны многочисленные стандарты устойчивого развития, и постоянно появляются новые стандарты.
«Требования, которые производители, торговцы, производители, розничные торговцы или поставщики услуг могут попросить выполнить, касающиеся широкого спектра показателей устойчивости, включая соблюдение основных прав человека, здоровье и безопасность работников, воздействие производства на окружающую среду, отношения с общественностью, землю использовать планирование и другие. «
Добровольные стандарты устойчивости могут различаться по многим параметрам, включая вовлеченных субъектов / заинтересованных сторон, механизмы регулирования, стратегии, содержание и объем. Ниже приведены основные типы VSS:
Добровольная государственная сертификация
Многие правительства используют или начинают применять Добровольные стандарты устойчивости для продвижения зеленого роста. В развивающихся странах использование VSS правительствами может расширить доступ к рынкам для экспортируемых товаров и услуг. В развитых странах использование VSS правительствами может быть полезным для управления и снижения экологических и социальных издержек, часто связанных с импортируемыми товарами. Использование VSS правительствами также может выступать в качестве ступеньки, когда внедрение обязательной сертификации оказывается затруднительным.
Сертификация НПО
НПО сыграли значительную роль в первоначальной разработке стандартов устойчивости в 1970-х и 1980-х годах и продолжают действовать в качестве движущей силы устойчивости в различных отраслях промышленности. НПО несут ответственность за ряд наиболее известных схем сертификации и маркировки, включая FairTrade, Rainforest Alliance, UTZ Certified и Organic- / Bio-Standard.
По состоянию на 2019 год насчитывается более 1800 организаций производителей FairTrade.
Rainforest Alliance сертифицирует ряд сельскохозяйственных и лесных товаров, которые он делит на следующие шесть категорий на своем веб-сайте : цветы и растения, продукты питания и напитки, здоровье и красота, дом и кухня, полиграфические услуги и спортивные товары.
По состоянию на 2019 год более 2 миллионов фермеров были сертифицированы Rainforest Alliance, и более 5000 компаний работают с Rainforest Alliance, чтобы получить сертифицированные ингредиенты.
UTZ Certified была создана в 1997 году голландской компанией Ahold Coffee Company с целью создания открытого и прозрачного рынка для социально и экологически ответственной сельскохозяйственной продукции. UTZ Certified внедрил два основных инструмента: Кодекс поведения UTZ, в котором особое внимание уделяется природоохранным методам, способствующим сохранению биоразнообразия и т. Д., И Систему отслеживания UTZ, которая позволяет отслеживать сертифицированные продукты от производителя до потребителя. Сертифицированный UTZ стал частью Rainforest Alliance в 2018 году.
Многосторонние инициативы в области устойчивого развития (MSI)
Лесной попечительский совет (FSC) объединяет экспертов из самых разных отраслей и сфер для стимулирования устойчивого управления лесами в мире, а также обеспечить основу для глобальных стандартов управления лесами. Программа сертификации FSC, которая гарантирует, что продукция поступает из ответственно управляемых лесов и обеспечивает социальные, экологические и экономические преимущества, включает три знака: FSC 100%, FSC Recycled и FSC Mix.
Cotton Initiative Better (BCI) работает в целях содействия устойчивого производства хлопка в приверженностью с Better Cotton стандартной системой. Система состоит из шести компонентов, включая критерии того, что такое «лучший хлопок», поддержку и обучение фермеров, выращивающих хлопок, регулярные оценки хозяйств для измерения прогресса, основу для развития более тесных связей между поставщиками и потребителями, передачу важной информации и мониторинг. результатов и воздействий. BCI состоит из самых разных заинтересованных сторон, от фермеров до модных компаний и текстильных брендов, а также организаций гражданского общества.
Стандарты под руководством компании
Устойчивое снабжение на практике
Компании во многих различных отраслях предпринимают шаги для более устойчивого использования источников продукции и материалов. Ниже приведены практические примеры устойчивого снабжения:
Группа H&M
Патагония
Компания Patagonia разработала ряд программ для обеспечения устойчивости своей цепочки поставок, включая Программу экологической ответственности цепочки поставок, которая используется для измерения и снижения воздействия на окружающую среду производства продуктов и материалов на объектах поставщиков по всему миру, и Программу отслеживания материалов, которая используется для обеспечения того, чтобы наиболее устойчивые варианты действительно использовались по всей цепочке поставок.
Хлопок, используемый Patagonia, был на 100% органическим с 1996 года. Совсем недавно компания начала использовать переработанный хлопок и помогла основать Regenerative Organic Alliance для управления пилотным проектом Regenerative Organic Certified Pilot.
Коста Кофе
Решение проблем
Другие ключевые проблемы включают прозрачность и отслеживаемость по всей цепочке создания стоимости. Для решения этих проблем можно использовать такие инструменты, как программное обеспечение для отслеживания и составления отчетов, настраиваемые поисковые системы для покупок и т. Д.