Монти Пайтон
Монти Пайтон (англ. Monty Python ) — комик-группа из Великобритании, состоявшая из шести человек. Благодаря своему новаторскому, абсурдистскому юмору участники «Монти Пайтон» («Пайтоны») находятся в числе самых влиятельных комиков всех времён. Группа известна во многом благодаря юмористическому телешоу «Летающий цирк Монти Пайтона», выходившему на BBC в 1969—1974 годах; также она выпустила 4 полнометражных фильма, выступала с концертами, выпускала музыкальные альбомы, книги, мюзикл. Большинство участников группы после её распада занялись успешной сольной карьерой.
Содержание
История
Майкл Пейлин и Терри Джонс познакомились в Оксфордском университете, в то время как Джон Клиз и Грэм Чепмен заканчивали Кембридж. Эрик Айдл также учился в Кембридже, но годом младше, чем Клиз и Чепмен. Клиз повстречался с Терри Гиллиамом в Нью-Йорке, будучи в поездке вместе с кембриджской театральной труппой «Footlights», ставившей комедийное ревю «Cambridge Circus». И Клиз, и Айдл, и Чепмен были членами «Footlights».
После получения высшего образования будущие члены группы «Монти Пайтон» порознь и совместно принимали участие в создании различных телешоу. После успеха шоу «Do Not Adjust Your Set» британская независимая телесеть ITV предложила Пейлину, Джонсу, Айдлу и Гиллиаму работать над сериями совместно. В то же самое время Би-Би-Си, под впечатлением от «The Frost Report» и «At Last The 1948 Show», предложило работу Клизу и Чепмену. Клиз когда-то работал с Пейлином и предложил ему составить единую команду. Так постепенно все члены «Монти Пайтон» собрались вместе.
Их первая совместная работа — комедийное шоу «Летающий цирк Монти Пайтона» (Monty Python’s Flying Circus), выходило в эфир в 1969—1974 годах на телеканале BBC. 45 серий шоу, объединённые в 4 сезона, состояли из отдельных скетчей и сюрреалистических анимаций Терри Гиллиама, объединённых не общим сюжетом, а некой идеей, чаще всего абсурдной. «Летающий цирк» не только сделал знаменитыми участников Монти Пайтон, но и оказал неоценимое влияние на дальнейшее развитие комедийного жанра. Фактически, оригинальное шоу просуществовало с 1969 по 1973 год. В конце третьего сезона группу покидает Джон Клиз, понимая, что темы во многом исчерпаны, и новые скетчи становятся отголосками старых. Несмотря на это, группа все же продолжает работу над четвёртым сезоном. Название шоу немного изменено, теперь во всех финальных титрах шоу называется просто «Monty Python’s» (хотя в начальных титрах некоторых эпизодов остаётся старое название «Monty Python’s Flying Circus»). Сезон оказывается коротким (всего 6 эпизодов) и во многом уступающим ранним работам группы.
После завершения шоу группой были сняты четыре полнометражных фильма, из которых все, за исключением первого, являвшегося обработкой уже выходивших на телевидении скетчей, стали оригинальными произведениями, каждое из которых считается классикой комедии.
После окончания совместной работы большинство участников труппы сделали успешную сольную карьеру. Клиз и Айдл являются известными и популярными актёрами, Гиллиам стал одним из главных независимых режиссёров современности, Терри Джонс также занимается режиссурой, в основном в документальном кино, Майкл Пейлин также известен своими документальными фильмами о путешествиях и сценариями. Чепмен в основном снимался на телевидении и выпустил книгу мемуаров; скончался от рака в 1989 году в возрасте 48 лет.
В начале 2013 года ожидается выход 3D-мультфильма по мемуарам Чэпмена «Автобиография лжеца», в съёмках которого приняли участие четверо из пятерых живущих ныне пайтонов. [1]
Амплуа участников труппы
На протяжении всего сериала всеми участниками труппы было сыграно огромное количество самых разнообразных ролей. Тем не менее, для каждого были характерны определённые повторяющиеся образы или предпочтения, составлявшие его основной вклад в шоу.
Грэм Чэпмен
Для Чэпмена в шоу было характерно амплуа «нормального» человека различного возраста и социального положения (чаще — «серьёзных» профессий, например, военные, врачи, учителя). Тем не менее, этот персонаж в определённый момент начинал вести себя абсурдно, в соответствии с логикой шоу (как, например, в скетчах «Высказывание преподобного по поводу разумности», «Матч Колина Харриса против Колина Харриса», «Иоганн Гамблпутти»). Среди частых появлений Чэпмена в роли военных выделяется его прерывавший скетчи из-за их чрезмерной глупости полковник. Благодаря таланту и умению изображать «нормального человека», на котором держится повествование, Чэпмен сыграл главные роли в двух фильмах «Пайтонов» — «Монти Пайтон и Священный Грааль» и «Житие Брайана по Монти Пайтону».
На специальном телевизионном выпуске 1998 года Monty Python Live at Aspen, где пятеро оставшихся в живых пайтонов (Чэпмен умер в 1989 году) давали совместное интервью на сцене, умершего представляла специально вынесенная на сцену урна «с его прахом». На протяжении передачи Гиллиам «случайно» рассыпал урну на сцену, после чего «Чэпмена» собирали с помощью рук, веника и пылесосов.
Джон Клиз
Среди наиболее известных амплуа Клиза — эксцентричные, энергичные люди вроде мистера Эрика Пралайна («Мёртвый попугай» и другие скетчи) либо люди с маниакальными, жестокими склонностями (например, Адольф «Гилтер», повар из скетча о грязной вилке или тренер по самозащите от свежих фруктов). Один из известнейших скетчей с участием Клиза — «Министерство глупых походок», где Клиз проявил свой пантомимический талант, исполняя сложную «глупую походку». Часто Клиз исполнял роли различных иностранцев благодаря умелому подражанию различным акцентам: это стереотипные французы в нескольких эпизодах, офицер гестапо в «Самой смешной шутке в мире».
Терри Гиллиам
Главным вкладом единственного американца в составе труппы, Терри Гиллиама, в шоу были его сюрреалистические анимационные фрагменты, которые появлялись в перерывах между игровыми скетчами в каждом эпизоде. Странный, почти непонятный сюжет и своеобразная манера анимации, а также сложный, абстрактный юмор мультфильмов Гиллиама приводил к тому, что, по его словам, даже его товарищи по труппе не всегда понимали их смысл. Среди наиболее известных мультипликационных образов Гиллиама — огромная нога, затаптывающая название сериала в заставке (она была взята из картины Бронзино «Аллегория с Венерой и Амуром»), гигантский дикобраз по имени Норман, выглядывающий из-за домов и кричащий «Динсдейл!», танцующие зубы и другие. В своих анимационных скетчах Гиллиам использовал фрагменты известных произведений искусства, фотографии собственно «пайтонов», сюрреалистичные ландшафты со странной архитектурой, гротескные викторианские изделия, фотографии людей из каталога «Sears, Roebuck and Company».
Несмотря на то, что анимация Гиллиама является одной из ключевых составляющий «Летающего цирка», он в силу меньшего по сравнению с прочими актёрского дарования редко появлялся в шоу в качестве актёра. Обычно роли, исполняемые Гиллиамом, были бессловесными и строились на сложном костюме (почему их не хотел брать никто другой) — например, викинг или рыцарь в доспехах с курицей. Среди известных актёрских появлений Гиллиама — кардинал Фэнг в «Испанской инквизиции». В четвёртом сезоне «Летающего цирка» Гиллиам появляется во многих скетчах, где он играет лакея, поэта, адвоката, и на этот раз у него есть реплики. Вероятно, в связи с уходом из группы Джона Клиза в конце третьего сезона, Гиллиам решил «разбавить» оставшуюся четвёрку.
Эрик Айдл
Айдл наиболее известен по своим ролям наглых, пошловатых «плейбоев» средних лет (таких, как персонаж известного скетча «Nudge Nudge»), хитрых продавцов (вроде персонажа скетча «Продавец энциклопедий»). Среди других пайтонов Айдл считался «мастером одной ударной фразы». Также он считался лучшим певцом и композитором в труппе (его песня для «Жития Брайана» «Always Look on the Bright Side of Life» стала хитом в британских чартах). Айдл сыграл немалое количество женских ролей, считаясь наиболее женственно выглядящим в платье из всех «пайтонов».
Известно, что, в отличие от других участников труппы, которые (кроме Гиллиама) писали парами, Айдл обычно работал над своими скетчами один.
Терри Джонс
Помимо того, что Джонс был фактически «закулисным» руководителем «пайтонов», осуществлявшим существенную часть режиссёрских и сценарных функций, он известен благодаря огромному количеству сыгранных на протяжении шоу женских ролей — в основном женщин пятидесяти-шестидесятилетнего возраста (такие скетчи, как «Мёртвый епископ», «Новая газовая плита», владелица ресторана в «Спаме»). Другим известным амплуа Джонса были почтенные мужчины среднего возраста (например, в скетчах «Nudge Nudge», «Артур „Два сарая“ Джексон», «Братья Пиранья»). Впрочем, помимо этих, Джонс появлялся в самых разнообразных ролях, примером чего могут служить известные скетчи вроде «Рон Обвиоус», «Хрустящая лягушка» «Епископ».
Майкл Пейлин
Остальными участниками труппы Пейлин всегда признавался самым разносторонним и многогранным актёром из шестёрки. Среди его амплуа — представленные в уничижительном свете представители рабочего класса (те же гамби), скромные и занудные, забитые жизнью мужчины среднего класса (в скетчах вроде «Консультант по проблеме выбора профессии», «Консультант по вопросам брака»), подозрительные скользкие продавцы, которые вступают в бессмысленные противоречия с покупателем (скетчи «Мёртвый попугай», «Сырный магазин»). С другой стороны, среди его персонажей — энергичный кардинал из «Испанской инквизиции», «зажигательный» конферансье (выступающий на сцене ночного клуба или как ведущий телешоу «Шантаж»). Знаменитыми стали такие герои Пейлина, как сицилийский мафиози Луиджи Веркотти, главный герой «Песни дровосека» и сюжетно с ней связанного скетча про парикмахера, ненавидящего свою работу и склонного к неконтролируемому насилию, супермен-велослесарь. Часто Пейлин выступал в дуэте с Клизом. Стоит отметить, что, несмотря на богатый актёрский диапазон, Пейлин значительно реже других «пайтонов» играл женские роли.
Научно-
образовательный
портал IQ
Юмористическая энциклопедия Средневековья
Осмысление исторических образов в кино — предмет небесспорный. Когда речь заходит об актуализации какого-либо периода, возникает, по меньшей мере, два вопроса. Во-первых, как разрешить неизбежное противоречие между особенностями исторического кино как жанра и идеей достоверности. Во-вторых, как способы изображения исторической действительности в фильме влияют на ее восприятие. Вслед за этим не может не появиться вопрос о том, как современные воплощения Средневековья в кино влияют на восприятие и оценку эпохи, в которой живет зритель.
Британская комедия «Монти Пайтон и Священный Грааль» — один из ярких примеров переосмысления Средневековья в XX веке. Она показывает, как способ изображения влияет на изображаемое, на сущность исторических образов.
Феномен Монти Пайтон
«Монти Пайтон и Священный Грааль» — полнометражный фильм, но и в нем заметна приверженность старому стилю коротких телевизионных скетчей. В фильме каждая сцена самодостаточна, повествование соткано из самостоятельных эпизодов, сосредоточенных вокруг одной темы, но не всегда последовательно следующих друг за другом. Работая в этой форме, пайтоны деконструируют собственный метод: самоирония как таковая — одна из ключевых черт их подхода. Так, большинство названий сцен отсылают к устройству рыцарского романа («В поисках Священного Грааля», «Сказание о сэре Робине», «Сказание о сэре Галахаде», «Сказание о сэре Ланселоте»), однако один эпизод выбивается из этого ряда: он называется «Сцена 24», хотя по порядку он тринадцатый.
«Сцена 24» врывается в сюжет неожиданно, указывая на произвольный характер последовательности в повествовании. Эпизоды можно перетасовывать, реорганизовывать и перестраивать без потери смысла, более того, они лишь материал для достижения художественной убедительности рассказываемой истории. Включение в фильм элементов съемочного процесса отсылает к идее последовательности повествования в литературных воплощениях легенд Артуровского цикла. Сюжет верен средневековым канонам, которым не чужда эпизодическая структура, характерная, например, для рыцарских романов, тем более, что по прихоти автора различные части сюжета могут блуждать в повествовании, в главах романа, меняя свое положение относительно других сюжетных частей.
Таким образом, в фильме причудливо сочетаются средневековые и современные практики: создатели то и дело демонстрируют зрителю фиктивную природу своего творения, противопоставляя легенды о короле Артуре средствам их воссоздания в кино. В этом и состоит рекурсивный характер их работы: недостаточно высмеивать Средние века, нужно высмеивать и себя, высмеивающих Средние века.
Диалоги
Специфический характер диалогов — одна из особенностей, благодаря которой фильм можно рассматривать как способ осмысления Средневековья. Один из стереотипов, которым наградили схоластов (средневековых интеллектуалов) — умение вести бесконечно длинные и сложные диалоги о предельно умозрительных вопросах теологии и метафизики. В фильме «Монти Пайтон и Священный Грааль» персонажи только и делают, что ведут беседы, уточняя бесконечные детали и подробности. Но предметы этих обсуждений предельно просты, секулярны и даже нелепы: почему вместо лошадей рыцари используют кокосовые орехи, сколько взмахов крыла в секунду делает ласточка, тонет ли дерево в воде. Именно это противопоставление формы и содержания диалогов делает весь фильм действительно очень смешным, а цитаты и фрагменты из него — популярными мемами.
Образы власти
Одна из первых сцен фильма: увенчанный сверкающей короной король Артур в поисках соратников направляется к замку. В сопровождении знаменосца он спускается с холма, у подножия которого трудятся крестьяне (хотя уместнее было бы сказать возятся в грязи). В следующем кадре: на вершине холма возвышается замок, у подножия вновь работают крестьяне.
Оба кадра идеологически нагружены: на переднем плане крестьяне, в отдалении над ними возвышается символ власти — рыцарь со знаменем и замок лорда. В сцене эта идея развивается, Артур сталкивается с одним из крестьян, по ошибке называет его старухой, что возмущает последнего, и тот просит ответить, кто владелец замка. Крестьяне не хотят отвечать королю Артуру и требуют, чтобы он представился:
– Я Артур, король бриттов.
– Мы все, мы бритты, а я ваш король.
– Я не знала, что у нас есть король, я думала, у нас автономия.
Опираясь на свои представления об обращении низших слоев к высшим в Средние века, мы ожидаем, что крестьяне проявят почтение. Вместо этого один из них заявляет, что он член коммуны анархо-синдикалистов, а король «эксплуатирует рабочих» и живет «по старым империалистическим догмам»:
– Я за тебя не голосовала.
– За королей не голосуют.
– Как же ты тогда стал королем?
– Владычица озера… её рука в белом парчовом рукаве… вознесла Экскалибур из водных глубин… Возвещая, что по воле Господа… я, Артур, должен владеть Экскалибуром. Поэтому я ваш король.
– Странные женщины, лежащие в прудах и раздающие мечи — это не базис для системы правительства. Верховная исполнительная власть происходит из власти, данной народом, а не из фарсовой водной церемонии.
Это одна из самых комичных перепалок в фильме (если, конечно не считать разговоров Артура с французами). В ней мы видим две радикально противоположные идеи происхождения власти. Версия Артура скорее средневековая, отражает вмешательство и волю сверхъестественной силы, владычицы озера. По более современной версии крестьянина Денниса, власть «дана народом». Здесь крестьянин, вооружившись квазимарксистской риторикой, еще более распаляется и перед прибытием подкрепления практически нападает на Артура, доказывая свою идею автономии народа от всякой сверхъестественной власти. Особую пикантность эпизоду придает восклицание второго крестьянина в середине перепалки: «Деннис, тут чудесная грязь!», после чего оба крестьянина с энтузиазмом начинают пригоршнями собирать в корзину комья земли.
Комический эффект сцены достигается за счет анахронизма: Деннис говорит, что идеи Артура устарели, но для Средних веков это соответствующие времени идеи, что делает утверждения средневекового крестьянина еще более неожиданными, странными и оттого комичными. Средневековый Деннис, предвосхищая в своих аргументах марксистские идеи рабочего класса, высмеивает то, как мы сегодня конструируем такой образ прошлого, который поддерживал бы актуальное политическое самосознание.
Соединение несоединимого
Одна из ключевых черт фильма — соединение несоединимого. Романтизм, дикость и варварство Средних веков противопоставляются банальности телевизионных шоу XX века. И в том, как создатели фильма обыгрывают это противопоставление, заключается основной комический эффект. Пайтоны высмеивают разные атрибуты рыцарства, даже езду на лошади: ни у одного из героев фильма нет настоящего коня, однако мы слышим топот копыт. К каждому рыцарю приставлен слуга-знаменосец, который стучит друг о друга половинками кокосов, изображая звук копыт, а его хозяин «скачет» перед ним, складывая руки так, будто держит удила. Несуществующих лошадей любители и исследователи фильма даже стали называть кокосовыми лошадями.
Эта сцена демонстрирует, как важны правильные аудио-эффекты к картине Средневековья, даже если в ней есть ошибки. Показывая силу комического эффекта неуместных несоответствий, пайтоны подрывают основание иллюзии достоверности кинообраза. В их образах одна из деталей соответствует ожиданиям, а остальные, напротив, обнажают средства создания этой иллюзии достоверности. Когда мы сегодня пытаемся реконструировать сущность и природу героев прошлого, короля Артура, рыцарей Круглого стола, мы неизбежно вкладываем в их образы собственные предрассудки, желания, глупости. Создатели комедии во множестве причудливых форм показывают, что, воссоздавая прошлое, невозможно избежать анахронизмов, поскольку эти образы возникают в современном воображении.
В поисках финала
Загадки и вопросы — один из основных мотивов легенд Артуровского цикла. Они есть практически во всех источниках, даже в самых ранних. Конечно, в мифах речь шла не о страже Моста смерти, задающем путникам три вопроса: «Столица Ассирии?», «Какова скорость ласточки без груза?», «Какой твой любимый цвет?». Речь шла и не о разгадке неожиданной смерти неизвестного историка, появляющегося в фильме во вставке из XX века. В последних кадрах атаку на французский замок, в котором предположительно находится Священный Грааль, останавливает полиция XX века, арестовывая Артура и Ланселота. Расследование смерти историка и поиск Священного Грааля обрываются внезапно из-за руки констебля, закрывающей камеру. Этот финал, возможно, еще более средневековый по своей сути, чем планировали пайтоны, ведь поиск Священного Грааля — это скорее процесс, чем результат.
Начиная со Средних веков, писатели и художники по-своему адаптируют кельтские мифы, материалы Артуровского цикла. Например, Томас Мэлори в «Смерти Артура» преобразил известную легенду в соответствии с требованиями своей эпохи. Его Артур — король-воин в прекрасном рыцарском обществе, идеал для политически разрозненного мира XV века. Альфред Теннисон создает образ Круглого стола и, тем самым, идею веры в образцового лидера, на которую, как он опасался, Британская империя его времени не была способна. Артуровский цикл в целом выступает для англоговорящей аудитории средством исторической рефлексии. Упоминание легенд в популярной культуре отсылает к туманному мифологическому прошлому бриттов. Это способ размышления как о прошлом, так и о настоящем современной англо-американской культуры, о том, что было, могло быть или должно было быть, и о том, что есть, может или должно быть сегодня. Исследуются и сами формы переосмысления кельтских легенд в популярной культуре: например, в 2002 году под редакцией Кевина Харти вышел сборник из двадцати эссе о репрезентациях Артуровского цикла в кино.
Комедия «Монти Пайтон и Священный Грааль» как образец популярной культуры, с одной стороны, насыщена историческими образами и конструктами, с другой, она сама формирует их, опираясь, например, на спорные интерпретации власти. Фильм представляет набор символов того, где, почему и как люди видят себя сегодня, ставит вопросы об идентичности в широком смысле этого слова.
IQ
Попугай, инквизиция и спам: 5 самых ярких скетчей «Монти Пайтона»
Шесть непрофессиональных актеров, половина из которых закончила Оксфорд, а половина — Кембридж, в 1969 году поставили на канале BBC новаторское комедийное шоу «Летающий цирк Монти Пайтона». Совместная карьера участников закончилась в 1983 году, однако и после они собирались для общих проектов. По уровню влияния на комедийный жанр «пайтонов» сравнивают с The Beatles в музыке. Их отличали эксцентричные пародии и доведенный до абсурда черный юмор. Выпуски шоу «Летающего цирка» цитировали политики и звезды кино.
Маргарет Тэтчер и «Мертвый попугай» (1969)
Скетч о мертвом попугае, которого покупатель возвращает в магазин, стал настолько популярен, что зрители повторяли реплики вместе с артистами, как будто подпевая хиту на рок-концерте. Текст комической зарисовки знала наизусть даже премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер. На конференции консервативной партии Тэтчер высмеяла эмблему либералов — птицу, сравнив ее с дохлым попугаем «пайтонов». «Политика — дело серьезное. И все, что я могу сказать о новом символе, — это «экс-попугай». Тот самый, который готов встретиться с творцом», — дословно повторила фразу из скетча премьер-министр, намекая на положение политических конкурентов. «А теперь нечто совершенно иное», — процитировала Тэтчер еще один мем «пайтонов» и перешла к следующему вопросу повестки заседания.
Создатели шоу «Южный парк» сняли собственную версию Dead Parrot к 30-летию «Монти Пайтона».
Джим Керри и «Самая смешная шутка в мире» (1969)
Бэтмен и «Испанская инквизиция» (1970)
Мем о неожиданном появлении испанской инквизиции — цитата из цикла «Испанская инквизиция». В тот момент, когда один из персонажей произносит: «Меня просто попросили рассказать вам об этом, я не ожидал испанской инквизиции», в кадре возникает троица кардиналов с криком: «Никто не ждет испанскую инквизицию!» Фраза стала одной из самых цитируемых в истории телевизионной комедии и популярна до сих пор — например, ее использовали в сериале «Эврика», в фильме «Осторожно, двери закрываются». В 1976 году мем появился в комиксе о Бэтмене.
Военные консервы и «Спам» (1970)
Скетч «Летающего цирка» о придорожном кафе стал причиной появления термина «спам» в значении «навязчивая реклама». Слово spam — сокращение от spiced ham, названия солдатских консервов из ветчины со специями, огромные запасы которых остались после Второй мировой войны. Во времена «пайтонов» производители отчаянно пытались продать неликвид. В скетче официантка предлагает клиентам еду, везде упоминая «спам»: «Яичница, спам-спам, с сосисками, спам-спам!» Любопытно, что после выхода комической зарисовки производителям удалось поднять продажи консервов, а слово «спам» стало означать «нежелательная реклама».
Религиозный раскол и «Житие Святого Брайана» (1979)
«Пайтоны» сняли два фильма, высмеивающие религиозные святыни. Первым стала пародия на легенды о короле Артуре «Монти Пайтон и Священный Грааль». Крупные киностудии отказались финансировать историю о слабоумных рыцарях, кролике-убийце и священной гранате, поэтому лента была снята на деньги рок-музыкантов — поклонников шоу. Работа комиков совершила переворот в отношении к религиозному кино. Однако настоящий раскол спровоцировал следующий фильм — «Житие Святого Брайана по Монти Пайтону». Главным героем стал Брайан Коэн — придуманный «пайтонами» сосед Христа, который в результате путаницы заменил собой Иисуса. На этот раз спонсором фильма выступил Джордж Харрисон. Премьерные показы прошли за границей, поскольку на территории Великобритании действовал закон о богохульстве. Лента оказалась очень успешной, но стала поводом для скандала во всех религиозных конфессиях. А почти 30 лет спустя англиканская церковь в Уэльсе начала устраивать показы «Жития Святого Брайана», чем привлекла новых прихожан.