Олег Митяев, экономический обозреватель РИА Новости
К тому же и сейчас Афганистан еле-еле сводит концы с концами исключительно за счет помощи международных финансовых организаций. Поэтому российский замминистра финансов Сергей Сторчак сам факт официального списания афганского долга преподнес как огромное достижение. Оказывается, перед тем как получить право не платить России, нынешние власти Афганистана должны были все-таки признать свои долги. Российская же сторона помогала им в этом деле с документами, ведь за десятилетия непрерывных войн у афганцев все сгорело. В результате этих титанических усилий двух стран обязательства Афганистана перед Россией, по выражению Сторчака, «удалось снять».
Однако как принято в международных отношениях, стране простившей должника, в данном случае России, можно было бы ожидать от страны, которой «отпущены» долги, предоставления режима наибольшего благоприятствования. За примерами далеко ходить не надо. В июле Франция «помогла» Ливии вернуть на родину болгарских медиков и таким образом окончательно выбраться из многолетней международной изоляции. После этого французские компании тут же получили от Ливии многомиллиардные контракты.
Но соглашение между Россией и Афганистаном, похоже, подобных оговорок не содержит. Российские власти, правда, заявляют, что оно снимает преграды на пути экономического сотрудничества двух стран. Не понятно только, о чем идет речь. О каких-либо крупных контрактах, которые оживили бы ныне вялые внешнеэкономические связи России с Афганистаном, не было сказано ни слова. Министр финансов Алексей Кудрин смог лишь упомянуть о «проекте поставок» в Афганистан 550 «газиков» и «уазиков». Чему же тогда так радовались чиновники?
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Страны бывшего СССР: кто, кому и сколько должен
Ещё в 2009 году официальный представитель МИД РФ Андрей Нестеренко заявил:
Осталось разобраться, какие реалии противоречат претензиям Прибалтики. Вот только если сделать это, то по счетам придётся платить далеко не России.
Прибалтика: до, во время и после СССР
Начать стоит, пожалуй, с экономического состояния прибалтийских республик до объединения с СССР. Так, например, в 1930 году уровень занятости в промышленности Эстонии составлял 17,5%, в Латвии – 13,5%, а в Литве – 6%. В 1938 году промышленность Латвии составляла всего 56% от уровня 1913 года. Всё это привело к большим миграционным потокам из страны, которые отдельные аналитики даже называют «исходом». Только с 1919 по 1940 год небольшую Литву покинуло свыше 100 тысяч человек.
После обретения независимости крупнейшая фабрика электротехники (ВЭФ), которая составляла центральное звено экономики Латвийской ССР, развалилась в буквальном смысле по кускам. Громоздкое предприятие сначала разделили на несколько частей, чтобы они самостоятельно выживали и развивались. Это его не спасло, поскольку кардинально изменились условия, были разрушены производственные и логистические цепочки, завязанные на СССР.
Цивилизованно уволить всех «невписавшихся в рынок» получилось только в середине 90-х, после получения денег от Агентства приватизации, поскольку до этого предприятие не могло выплатить задолженности по зарплате. Всё закончилось полной его ликвидацией, а на месте завода теперь красуется один из крупнейших торговых центров в Риге.
«Тяжкое» советское наследие других республик
Также в Армении в 2002 году был признан банкротом некогда известный на весь Советский СоюзЕреванский автомобильный завод (ЕрАЗ), выпускавший развозные автофургоны. После приватизации в 1995 году происходил постепенный спад производства. В 2000 году на мощностях заводапланировали выпускать ВАЗ, однако проект осуществлён не был, после чего уже через 2 года завод был закрыт.
Схожая судьба и у другого автозавода, который располагался на территории Грузии. Речь идёт оКутаисском автомобильном заводе, который во времена СССР покрывал большую потребность в седельных тягачах модели «Колхида» (КАЗ). В 1991 году по сути история завода заканчивается, поскольку выпуск машин упал фактически до нуля. Были идеи о создании семейства грузовиков на основе КАЗ-4540, но дальше размышлений и планов этот вопрос не продвинулся. Неизвестно, как предприятие сохранило свою территорию и промышленные корпуса с оборудованием, однако в 2002 году была попытка реанимации производства: на заводе презентовали проект по сборке индийских внедорожников Mahindra. Стоимость контракта составила 26 млн долларов, однако сейчас о проекте ничего не известно. Как и о судьбе самого завода.
Пожалуй, самое большие количество примеров фактической остановки крупнейших предприятий, построенных во времена СССР, можно найти на Украине. Буквально год назад СМИ сообщили о серьёзных проблемах крупнейшего украинского предприятия по производству ракетно-космической техники «Южмаш» в Днепропетровске. В октябре 2015 года работников предприятия перевели на однодневный режим работы, чтобы «не разбежались». С мая 2015 года люди не получали зарплату, а общая задолженность завода перед рабочими на тот момент составляла около 80 млн гривен. На данный момент он фактически погиб.
Как Москва «угнетала» народы СССР
Непростая история и с общесоюзным бюджетом. Точных данных об отчислениях республик в бюджет найти невозможно, но общеизвестные обрывочные факты позволяют построить целостную картину происходящего. Так, львиная доля бюджета СССР обеспечивалась налогом с оборота. В конце 50-х многие республики добились сохранения этого налога в рамках своих союзных бюджетов. Дотационные Таджикистан, Узбекистан и Армения сохраняли 100% сборов.
Окончательно проясняет картину соотношение данных по производству и потреблению в республиках, даже при всей условности перевода советских рублей в доллары.
Если с 1985 по 1990 год положительное соотношение этих показателей наблюдалось только у РСФСР, Белоруссии, Казахстана и Азербайджана, то на момент распада СССР оно сохранилось только у первых двух. Что касается Прибалтики, то картина здесь не в их пользу. В среднем потребление Литвы в эти годы на 10 тысяч долларов превышало производство. До 1989 года подобные показатели демонстрировала и Эстония, однако в 1990 показатель взлетел до 20 тысячи долларов. Самая скромной страной прибалтийского региона в данном случае является Латвия, потребление которой превышало производство на 2-3 тысячи долларов до 1989, а в 1990 соотношение также достигло 10 тысяч.
Напоследок стоит остановиться на показателях уровня жизни населения в разных республиках, где по большинству измерений в лидерах вновь оказывается Прибалтика. Данные предоставлены за те же 1989-1990 годы. Идеально описывают ситуацию на «оккупированных территориях» следующие показатели: уровень заработной платы, обеспеченность населения жильём и владение личным автотранспортом.
О потоке иммиграции из «преуспевающих» Прибалтийских стран свидетельствует и официальнаястатистика.
За время столь желанной независимости доля промышленности в этих странах снизилась по разным оценкам на 23-26%, а ВВП с 1995 по 2008 год сократился на 14-20% ( в зависимости от страны). И эти данные без учёта постсоветских трансформаций, в результате которых экономический спад в той же Латвии оценивается в 52%.
Страны бывшего СССР: кто кому и сколько должен
«Во всём виноваты проклятые коммунисты», — эта цитата больше 20 лет назад буквальна стала девизом отделившихся прибалтийских республик. Вот только слово «коммунисты» уже давно заменили на «русские», объясняя все нынешние проблемы рукой Москвы. В этом же ключе идут стабильно появляющиеся «счета за советскую оккупацию», которые страны Прибалтики из года в год выставляют России. На этот раз Латвия оценила ущерб от СССР в 185 млрд евро, и это без учёта демографических потерь и ущерба окружающей среды. А 21 апреля России решили предъявить ещё парочку «квитанций», увеличив сумму ущерба до 300 млрд евро.
Ещё в 2009 году официальный представитель МИД РФ Андрей Нестеренко заявил:
Утверждения об «оккупации» Латвии Советским Союзом и связанные с этим претензии любого свойства, в том числе материальные, игнорируют политические, исторические и правовые реалии и, как следствие, лишены оснований.
Осталось разобраться, какие реалии противоречат претензиям Прибалтики. Вот только если сделать это, то по счетам придётся платить далеко не России.
Прибалтика: до, во время и после СССР
Начать стоит, пожалуй, с экономического состояния прибалтийских республик до объединения с СССР. Так, например, в 1930 году уровень занятости в промышленности Эстонии составлял 17,5%, в Латвии – 13,5%, а в Литве – 6%. В 1938 году промышленность Латвии составляла всего 56% от уровня 1913 года. Всё это привело к большим миграционным потокам из страны, которые отдельные аналитики даже называют «исходом». Только с 1919 по 1940 год небольшую Литву покинуло свыше 100 тысяч человек.
После вхождения стран в состав Советского Союза ситуация серьёзно изменилась. Эстонская ССР оказалась на первых местах среди республик по объёму инвестиций в основной капитал на душу населения.
В ней активно развивались такие высокотехнологичные отрасли, как химическая, электро- и радиотехническая промышленность, приборостроение, судоремонт. В схожей ситуации оказалась и Латвийская республика, которую вхождение в состав СССР сделало одним из наиболее промышленно развитым районом — она заняла ведущее место по производству национального дохода на душу населения в Союзе. Более чем странные последствия «оккупации».
Инвестиции в промышленность Латвии — «главной жертвы советской оккупации» — в первые 5 лет в составе СССР обеспечили прирост промышленного производства на уровне 45% в год. За 20 лет на её территории были построено более 20 заводов, среди которых «Гидрометприбор», завод микроавтобусов РАФ, рижский завод «Компрессор», «Автоэлектроприбор», Резекненский и Даугавпилсский заводы электроинструментов, заводы сельскохозяйственного машиностроения «Ригасельмаш», «Елгавсельмаш», «Лиепайсельмаш», Объединение электронной техники «Альфа» и другие. Кроме того, для обеспечения столь резкого скачка в промышленности были построены две ТЭЦ в Риге, Плявиньская и Рижская гидроэлектростанции. В 60-х в Латвии появились предприятия, которые до сих пор являются опорой экономики страны – Вентспилсская нефтебаза и нефтепровод Полоцк-Вентспилс.
После обретения независимости крупнейшая фабрика электротехники (ВЭФ), которая составляла центральное звено экономики Латвийской ССР, развалилась в буквальном смысле по кускам. Громоздкое предприятие сначала разделили на несколько частей, чтобы они самостоятельно выживали и развивались. Это его не спасло, поскольку кардинально изменились условия, были разрушены производственные и логистические цепочки, завязанные на СССР.
Если до распада СССР самая весомая часть завода, производившая коммутационную технику, обеспечивала рабочими местами 14 000 человек, то в начале 90-х на работе осталось 400 человек.
Цивилизованно уволить всех «невписавшихся в рынок» получилось только в середине 90-х, после получения денег от Агентства приватизации, поскольку до этого предприятие не могло выплатить задолженности по зарплате. Всё закончилось полной его ликвидацией, а на месте завода теперь красуется один из крупнейших торговых центров в Риге.
«Тяжкое» советское наследие других республик
Не только Прибалтика столкнулась с такими проблемами после обретения «незалэжности». Не менее печальным примером является авиационный завод ГАО «ТАПОиЧ» в Ташкенте, столице Узбекской ССР. Предприятие было создано на базе российского авиационного завода, который был эвакуирован из Москвы в 1941 году. Вдумайтесь — узбеки, сегодняшние гастарбайтеры, участвовали в высокотехнологичном производстве, выпускали такие самолеты, как Ил-76, Ан-12, «Антей».
После обретения Узбекистаном независимости завод сначала был перепрофилирован на производство различных комплектующих деталей, строительных конструкций, автокомплектующих и пр., а в 2015 году стало известно, что завод будет производить дверные замки.
Также в Армении в 2002 году был признан банкротом некогда известный на весь Советский Союз Ереванский автомобильный завод (ЕрАЗ), выпускавший развозные автофургоны. После приватизации в 1995 году происходил постепенный спад производства. В 2000 году на мощностях завода планировали выпускать ВАЗ, однако проект осуществлён не был, после чего уже через 2 года завод был закрыт.
Схожая судьба и у другого автозавода, который располагался на территории Грузии. Речь идёт о Кутаисском автомобильном заводе, который во времена СССР покрывал большую потребность в седельных тягачах модели «Колхида» (КАЗ). В 1991 году по сути история завода заканчивается, поскольку выпуск машин упал фактически до нуля. Были идеи о создании семейства грузовиков на основе КАЗ-4540, но дальше размышлений и планов этот вопрос не продвинулся. Неизвестно, как предприятие сохранило свою территорию и промышленные корпуса с оборудованием, однако в 2002 году была попытка реанимации производства: на заводе презентовали проект по сборке индийских внедорожников Mahindra. Стоимость контракта составила 26 млн долларов, однако сейчас о проекте ничего не известно. Как и о судьбе самого завода.
Пожалуй, самое большие количество примеров фактической остановки крупнейших предприятий, построенных во времена СССР, можно найти на Украине. Буквально год назад СМИ сообщили о серьёзных проблемах крупнейшего украинского предприятия по производству ракетно-космической техники «Южмаш» в Днепропетровске. В октябре 2015 года работников предприятия перевели на однодневный режим работы, чтобы «не разбежались». С мая 2015 года люди не получали зарплату, а общая задолженность завода перед рабочими на тот момент составляла около 80 млн гривен. На данный момент он фактически погиб.
Проблемы некоторых заводов были связаны с тем, что после распада СССР фактически прервались цепочки поставок между предприятиями разных республик. Показательным случаем здесь является завод по производству копнителей в Бишкеке, чья продукция поставлялась во все регионы Советского Союза. До распада завод получал компрессоры, которые производились только на двух предприятиях — в Эстонии и в России. Эстонский завод после отделения прекратил поставки, а российский не смог полностью компенсировать потери, что привело к банкротству предприятия.
В целом, большинство стран-выходцев из СССР получили основы своей современной экономики именно до 1990-х. Стоит только посмотреть на список всех предприятий, которые были построены на их территориях за годы советской власти.
В Азербайджане, к примеру, были построены крупнейшие нефтеперегонные, машиностроительные и хлопкоочистительные заводы, в результате чего только с 1913 по 1937 объёмы промышленной продукции выросли в 5,7 раз. В Киргизии за этот же период объёмы выросли в 95 раз, а в Таджикистане — в рекордные 195 раз. Серьёзный экономический импульс в советские времена получила и Грузия, где были построены машиностроительные, ферросплавильные, цементные, нефтяные, текстильные заводы, где развивалась пищевая промышленность и началась добыча золота и молебдена. Впрочем, этот список можно продолжать бесконечно.
Как Москва «угнетала» народы СССР
Непростая история и с общесоюзным бюджетом. Точных данных об отчислениях республик в бюджет найти невозможно, но общеизвестные обрывочные факты позволяют построить целостную картину происходящего. Так, львиная доля бюджета СССР обеспечивалась налогом с оборота. В конце 50-х многие республики добились сохранения этого налога в рамках своих союзных бюджетов. Дотационные Таджикистан, Узбекистан и Армения сохраняли 100% сборов.
А республики Прибалтики имели особый статус: получая средства из союзного бюджета, они получили возможность также сохранять большую часть налога у себя. Кроме того, экономику республик поднимали за счёт политики закупочных цен, по которым центр осуществлял закупки продукции республик по завышенным ценам, в разы превосходящим себестоимость.
75% бюджета состояло из отчислений РСФСР, а 25% — Украина, Белоруссия и Казахстан. При этом законодательство определяло следующий порядок по расходным статьям бюджета: на плечи республик ложилось лишь 6,2%, а 78,5% финансирования шло из центра.
Окончательно проясняет картину соотношение данных по производству и потреблению в республиках, даже при всей условности перевода советских рублей в доллары.
Если с 1985 по 1990 год положительное соотношение этих показателей наблюдалось только у РСФСР, Белоруссии, Казахстана и Азербайджана, то на момент распада СССР оно сохранилось только у первых двух. Что касается Прибалтики, то картина здесь не в их пользу. В среднем потребление Литвы в эти годы на 10 тысяч долларов превышало производство. До 1989 года подобные показатели демонстрировала и Эстония, однако в 1990 показатель взлетел до 20 тысячи долларов. Самая скромной страной прибалтийского региона в данном случае является Латвия, потребление которой превышало производство на 2-3 тысячи долларов до 1989, а в 1990 соотношение также достигло 10 тысяч.
Напоследок стоит остановиться на показателях уровня жизни населения в разных республиках, где по большинству измерений в лидерах вновь оказывается Прибалтика. Данные предоставлены за те же 1989-1990 годы. Идеально описывают ситуацию на «оккупированных территориях» следующие показатели: уровень заработной платы, обеспеченность населения жильём и владение личным автотранспортом.
Самые большие зарплаты были в Эстонии — 341 рубль. Второго места удостоилась РСФСР с 297 рублями, далее следуют Латвия и Литва – 291 и 283 рубля соответственно. Зарплаты Эстонии, к слову, на 40% превышали азербайджанские (последнее место в рейтинге). Неплохо для республик, в которых производство на 10 тысяч долларов отстаёт от потребления. Пятёрка наиболее обеспеченных жильём республик выглядит следующим образом: Грузия, Эстония, Латвия, Молдавия и Литва. Все они получали налоговые льготы и средства из общесоюзного бюджета.
Обеспеченность жильём РСФСР оказалась меньше, чем Эстонии практически на 25%. В тройке лидеров по владению личным автотранспортом снова оказываются все три прибалтийские республики: их показатели в 2,5 раза превышают средний по СССР. РСФСР в этом списке на 7 месте.
Цифры цифрами, но немаловажны и личные воспоминания о Союзе простых граждан, не ослепленных антироссийской риторикой. нынешних «незалэжных» властей. Большинство высказываний о жизни в той же Литве времён Советского Союза сосредотачивается скорее на позитивных аспектах. Вот, например, комментирует один из латышских блоггеров (seva_riga) очередные разговоры о тяготах «советской оккупации»: «Можно ещё вспомнить, что в Латвии был локатор в Скрунде, за которую Россия согласна была платить сотни миллионов долларов, и которую эти дикари просто взорвали. Был рыболовный флот, который вёл лов по всему миру. Папа на своей плавбазе и на Кубу ходил, и до мыса Горн… Была труба, которая фуговала нефть и дизтопливо в Вентспилс, который мог принимать танкера по 100 000 тонн. Село было завалено заказами на мясо и овощи — мощностей не хватало… Ну а теперь единственная гордость — уже больше миллиона (половина населения) пашет за границей. Из оставшегося дома миллиона — больше половины — пенсионеры. А в остальном — всё правильно».
О потоке иммиграции из «преуспевающих» Прибалтийских стран свидетельствует и официальная статистика.
Со времён распада СССР население Эстонии сократилось более, чем на 250 тысяч человек, Латвии – около 700 тысяч, а из Литвы уехало более 790 тысяч человек.
За время столь желанной независимости доля промышленности в этих странах снизилась по разным оценкам на 23-26%, а ВВП с 1995 по 2008 год сократился на 14-20% ( в зависимости от страны). И эти данные без учёта постсоветских трансформаций, в результате которых экономический спад в той же Латвии оценивается в 52%.
Подводя итог, если посчитать все «вливания» Советского Союза в экономику, в частности, в промышленность, прибалтийских республик, им придётся сменить своё амплуа с роли коллектора на роль должника. И вряд ли эта новая роль придётся им по душе. Однако Россия этого не делает и не будет делать. По одной простой причине — нам чужды примитивные отношения к своей истории. К тому же в Москве надеются, что после 25 лет разрухи в экономиках и головах «незалэжных» республик наступит отрезвление и появится понимание, какую на самом деле пользу принес им «русский оккупант».
Возврат зарубежных активов СССР: что стоит на кону
Поднятый сперва президентом России Владимиром Путиным, а затем дополненный его пресс-секретарем Дмитрием Песковым вопрос о неполучении нашей страной по праву причитающихся ей активов Советского Союза, находящихся за рубежом, на самом деле гораздо глубже и шире высказанной Кремлем краткой претензии, уложившейся буквально в пару фраз.
Однако прежде чем разбираться с ним по существу, следует для начала, вспомнить: что это за долги такие, откуда и почему они появились, каким образом выплачивались. А также уточнить – кто конкретно из «постсоветских республик» в данной ситуации повел себя порядочно и честно, а кто проявил самую черную неблагодарность.
Только после этого станет возможно подойти к пониманию сути проблемы и причин, по которой сегодня она озвучивается на столь высоком уровне.
Долги наши тяжкие
Вопрос о том, откуда у Союза Советских Социалистических республик, страны с мощнейшим и чрезвычайно развитым народным хозяйством, «нарисовались» вдруг громадные долги, рассчитываться по которым нашей стране пришлось чуть ли не до нынешнего времени (последняя часть внешней задолженности – перед давно не существующей Югославией, была выплачена Боснии и Герцеговине в 2017 году), сам по себе является достаточно интересным.
Отечественные экономисты либерального толка говоря на эту тему неизменно утверждают, что причина тут в резком падении цен на нефть, которое произошло в 80-е годы прошлого века и заставило Советский Союз делать займы для закупки за кордоном самого необходимого – зерна и продовольствия. На самом деле, действительности это соответствует в достаточно небольшой степени.
Да, внешний долг СССР начал расти в 1984 году, сразу увеличившись на 300% – с 5 до 15 миллиардов долларов. Однако все это было сущим пустяком в сравнении с тем, что происходило после 1986 года, ознаменовавшегося приходом к власти Михаила Горбачева.
Кредитная зависимость Советского Союза начала расти просто, как снежный ком – в 1989 году мы были должны зарубежным заимодавцам уже 50 миллиардов долларов, а к моменту крушения СССР эта цифра «перехлестнула» за 100 миллиардов! Михаил Сергеевич и его «команда», угробив экономику страны своими бестолковыми и откровенно предательскими «реформами», загоняли нашу Родину в долговую яму без всякого зазрения совести.
И, конечно же, к громадной радости своих «друзей» и хозяев с Запада. Крупнейшими кредиторами страны в конечном итоге стали государства так называемых «Парижского» и «Лондонского «клубов».
Естественно, к таковым относились наиболее развитые и богатые страны капиталистического мира: США, Великобритания, Франция, Германия, Япония. Уж они тогда нам «помогли». загнать в гроб великую страну. А потом, естественно, потребовали причитающиеся за это денежки. Мало того – Горбачев, от «великого» ума умудрился взвалить на СССР долги еще и царской России, признавать которые все до единого его предшественники на посту Генсека отказывались категорически.
Сперва, в 1986 году это было сделано в отношении Британии, а затем подобный же «широкий жест» достойный продолжатель дела Горбачева, Борис Ельцин, повторил уже с Францией.
При этом вопросы о колоссальных суммах из казны Российской Империи, «зависших» в странах Запада в годы Первой мировой войны в качестве оплаты за военные поставки, так и оставшиеся невыполненными, эти деятели поднимать и не подумали.
Конечно – вдруг «белые господа» обидятся, а то и осерчают? Впрочем, долги СССР «акулам капитализма» составляли далеко не весь объем той кредитной нагрузки, что упала на Россию, как на его правопреемницу. Злую шутку с нашей страной тут сыграла ее ключевая роль как раз в лагере социалистическом.
Стремление всемерно помогать своим союзникам и партнерам по организации Совета экономической взаимопомощи, «аукнулось» Москве неподъемным грузом долгов перед ними, которые вчерашние «друзья» прощать не желали ни в какую.
И это – при том, что само существование доброй половины из них на политической карте мира оплачено было кровью и жизнями сотен тысяч советских солдат, а впоследствии СССР внес огромный вклад в преодоление странами той же Восточной Европы послевоенной разрухи.
Кому должны – мы всем прощаем
Впрочем, резкая «амнезия», изрядно «замешанная» на самой обычной жадности, охватившая после 1991 года «страны соцлагеря» не идет ни в какое сравнение с тем беспредельным и бессовестным цинизмом который был проявлен большинством вчерашних «братских республик» рухнувшего СССР.
В их столицах нисколечко не возражали против того, чтобы Москва взвалила на себя все долги Союза. Но вот по поводу того, что причиталось уже ей самой – тут моментально возникли вопросы.
Вообще говоря, «по уму» разговоры о том кому, сколько и за что конкретно должен, стоило бы вести после грамотной инвентаризации и оценки на «постсоветском пространстве» всех до единого объектов, имевших статус «всесоюзных строек».
Промышленные «гиганты», энергетическая и транспортная инфраструктура, а, зачастую и значительная часть жилого фонда в союзных республиках – во все это вкладывались неограниченные средства и ресурсы всего СССР, не говоря уж о том, что на возведении и запуске заводов, фабрик, электростанций и железных дорог трудились специалисты со всех концов страны.
По моему глубокому убеждению какие-либо материальные претензии со стороны новоявленных «небратьев» должны были бы вдребезги разбиться о цифры вложений в их экономики, сделанных за годы пребывания в составе единого государства.
Однако кто бы этим занимался в 90-е годы? Ельцин? Гайдар с Чубайсом?! Вот-вот, мне тоже смешно до слез. В конечном результате, Россия, став полноправной правопреемницей СССР получила вроде бы выгодное «наследство».
Но так дело выглядело только лишь на первый взгляд. Казалось бы – сумма в 100 миллиардов долларов госдолга с лихвой перекрывалась кредитами и ссудами, которые были предоставлены самим СССР на все 150 миллиардов. Тем не менее, с этими деньгами все было не так-то просто.
Как уже было сказано выше, кредиторами СССР являлись государства богатые, сильные, к тому же, объединенные в военно-политический блок НАТО, с момента распада Союза занявший на планете абсолютно непререкаемое главенствующее положение. А кто должен был нам? В основном, «развивающиеся» страны, у которых, по большому счету, в уплату за давно просроченные займы и взять-то было нечего.
Куба, Вьетнам, Монголия, Эфиопия, Ирак – вот далеко не полный список тем, кому Россия в качестве «проявления доброй воли» (а на самом деле, скорее, от безысходности), списала колоссальные средства, на которые когда-то была предоставлена советская военная и экономическая помощь. Остается надеяться лишь на то, что когда-нибудь эта щедрость будет «конвертирована» в те или иные геополитические выгоды для нашей страны.
Впрочем, имеется и еще одна «доходная статья», вполне конкретная и осязаемая. Речь о более, чем значительном перечне объектов той же дипломатической недвижимости, которой за рубежом владел советский Союз.
Вот они-то, все без исключения должны были перейти в собственность России, раз уж она взялась платить советские долги. Более того – данный момент в свое время был вполне цивилизовано оговорен и документально оформлен заинтересованными государствами.
Еще до того, как СССР распался, в Москве прошла официальная встреча, в которой приняли участие представители как 7 государств – наиболее значительных кредиторов страны, так и большинства союзных республик. Наотрез участвовать отказались только Узбекистан и Прибалтика.
Украина – в своем амплуа
В процессе этого саммита и было выработано решение о том, что правопреемниками СССР, и, соответственно, его долгов, становятся ВСЕ республики без исключения. Такое положение было зафиксировано сперва в меморандуме от 28.10.1991 года, а затем, месяц спустя и в официальном межправительственном коммюнике.
Долги и зарубежные активы Советского Союза делились в оговоренных пропорциях, в соответствии с которыми на Россию приходилось 61,34 их процента, Украине доставалось 16,37%, Белоруссии – 4,13%. Ну, и так далее – по списку. Тем не менее, подобное положение было категорически невыгодно, прежде всего, Западу.
Одно дело – вести расчеты с одним должником и совсем другое – с дюжиной таковых. К тому же – разбежавшихся, как мыши по норам и отчаянно доказывающих, что их национальная «хата» с краю.
Более того, как становится понятно только теперь, на Западе наверняка имели своей целью создать максимальную нагрузку как раз на экономику и финансовую систему России, не принимая всерьез остальные республики. Так или иначе, но в конечном итоге именно Москва выступила с предложением: «Вы нам – права на все активы за границей, а мы вам – свободу от каких-либо долговых обязательств!»
Надо сказать, что подобное предложение было воспринято более или менее благосклонно везде. Кроме Киева. Украинский парламент дважды, в 1997 и 2009 годах с треском проливал ратификацию соответствующего соглашения о «нулевом варианте».
В последнем случае депутаты Верховной Рады стали вовсе уж откровенно «включать дурака», заявляя: как же, мол, можно подписывать, если «никто не понимает, что и как считать»?
На самом деле, все прекрасно понятно и совершенно ясно, однако, всем известная жаба, являющаяся для «нэзалэжной», по мнению многих, настоящим национальным символом, все давит и давит.
На сегодня Украина остается единственной постсоветской республикой, так и не согласившейся на справедливый «нулевой вариант»! Даже Грузию, упиравшуюся до последнего, в 2002 удалось «додавить». Киев же занимает просто замечательную позицию: долги то Россия уже раздала, так отчего ж теперь не покочевряжиться?!
В конечном итоге это привело к тому, что наша страна, решившаяся в 2006 году заняться наконец-то юридическим переоформлением на себя зарубежных активов СССР (это стало возможным только после полного погашения займов, сделанных у «большой семерки»), в целом ряде государств столкнулась с отказом:
«Сперва решите вопрос с другими возможными претендентами, а уж потом – милости просим!» По состоянию на 2015 год, насколько это известно, полной имущественной правопреемницей СССР наша страна признана лишь в Швеции, Финляндии, Исландии, Болгарии и Венгрии. Да и то даже в этих странах с Украиной пришлось договариваться, «откупаясь» частью советской недвижимости.
В более, чем 30 государствах вопрос остается открытым – так, что, при всем уважении к господину Пескову, речь идет ни в коем случае не об «одной-двух» странах или «чуть большем» их количестве. Проблема достаточно серьезна и масштабна.
И, кстати, если кто-то думает, что подобное наглое и хамское отношение к выполнению обязательств перед Россией возникло в «нэзалэжной» после последнего «майдана», то ошибается он очень глубоко.
Напомню, что в 2010 году о непризнании «претензий Москвы на получение всей собственности бывшего СССР за границей» заявил никто иной, как президент Украины Виктор Янукович.
Да, да – тот самый, который вот уже больше пяти лет отсиживается в нашем Ростове. Понятно, что о выплате России своей доли советских внешних долгов, как о первом шаге к последующему «разделу имущества» в Киеве все это время и слышать не хотят.
Очень хочется верить, что претензии, высказанные Владимиром Путиным, были вполне конкретным сигналом вполне конкретной стране, в последнее время с очень большим энтузиазмом принявшейся «выбивать» из России растущие на глазах «долги» и предъявлять к ней миллионные, а то и миллиардные иски в международных судах.
Раз уж мы собираемся делать наше государство страну «по-настоящему суверенным» и усиливать его позиции в мире, неплохо бы начать это благое дело с того, чтобы поставить на место некоторых особо жадных нахалов.
Автор: Александр Неукропный