Лизин – аминокислота для производства корма
Лизин – одна из важных незаменимых аминокислот. Это основная структурная единица, из которой строятся молекулы белковых веществ. Они имеют важное биологическое значение, так как являются частью клеток. Причем лизин не образуется в организме животных и птицы. Поэтому он обязательно должен поступать с пищей, то есть присутствовать в сбалансированном рационе.
L-лизин – незаменимая аминокислота. Внешне представляет собой порошок, крупку или мелкие гранулы белого, кремового, светло-желтого, коричневого цвета. Может быть без запаха или иметь слабый специфический запах.
Лизин моногидрохлорид можно купить для изготовления комбикормов и пищевых добавок, используемых в птицеводстве и животноводстве. Такие добавки пользуются большим спросом, так как увеличивают питательную ценность кормов, снижают затраты на откорм скота и птицы, повышают продуктивность птицеводства и животноводства.
Эффект применения лизина в качестве кормовой добавки:
Главный критерий оценки белков в рационе – их питательная ценность. Она определяется составом аминокислот и степенью их усвояемости организмом животных и птицы. Лизин совместим со всеми кормами и их компонентами, а также лекарственными добавками.
Лизин для птицы и животных является не просто кормовой добавкой, а жизненно важным компонентом полноценного питания.
Кроме того, лизин улучшает качество мяса птицы и животных, так как повышает биологическую ценность готового продукта (по шкале ФАО/ВОЗ 1 грамм «идеального» белка содержит 55 мг лизина).
Синонимы / международное название
L-lysine feed grade, L-Lysine hydrochloride, (S)-2,6-Diaminohexanoic acid monohydrochloride, 2,6-диаминогексановая кислота гидрохлорид, Лиз, Lys,K, AAA,AAG, L-лизин
Индонезия; Корея; Франция; Бразилия; США; Китай;
Секретный ингредиент: как лизин сделает Россию агропромышленным лидером
Об авторе: Александр Чулок, директор центра научно-технологического развития ИСИЭЗ НИУ ВШЭ.
Лизин — это аминокислота, у которой есть две формы: лизин-хлорид и лизин-сульфат. Лизин-хлорид является важнейшим элементом питания. Это более выгодная кормовая добавка для производства премиксов и комбикормов для сельскохозяйственных животных, в том числе птиц и рыб. Ее использование позволяет увеличить привес животных и птицы на 10-30%, повысить надои молока на 12%, увеличить яйценоскость кур на 10%.
В целом лизин-хлорид все больше используют в пищевой продукции. Без него невозможно содержать в закрытых помещениях животных, выращиваемых без свободного выпаса. Рост потребления лизина составляет 15% в год, и по данным маркетинговых исследований Deloitte, к 2025 году в России будет потребляться 282 тыс. т этой добавки. Но так как страна лизин не производит, его приходится импортировать. Однако 100-процентная зависимость от лизин-хлорида в такой отрасли, как АПК, несет потенциальную опасность. В случае наложения санкций и прекращения поставок лизина из-за рубежа под угрозу попадает вся мясная отрасль России.
В России все чаще встает вопрос о «точках роста»: их ищут в креативных индустриях, «зеленеющих» традиционных секторах экономики, исследовательских прорывах, региональных и городских кластерах. Серьезным претендентом на эту роль может стать агропромышленный комплекс, исторически совмещающий социальную роль и позицию значимого сектора экономики. Теперь к этим двум функциям может добавиться и третья — роль технологического драйвера.
Всплеск интереса к «зеленой» теме, стремительно перешедший от лозунгов к регламентам и стандартам (сначала рекомендательных, затем — ограничительных), имеет под собой не только эмоционально-этическую и политическую подоплеку.
В недавно вышедшей книге Bio#Futures издательства Springer говорится о грядущем «биоцунами», которое станет основой следующей, седьмой волны Кондратьевского цикла на ближайшие десятилетия, простираясь от энергетики и пищевой отрасли до образования и менеджмента.
Циклы названы в честь советского экономиста Николая Кондратьева, описавшего теорию периодов сменяющихся подъемов и спадов мировой экономики продолжительностью около 50 лет (плюс/минус десять лет).
АПК, трансформирующийся на глазах под воздействием новых технологий (от интернета вещей до предиктивной аналитики на базе интеллектуального анализа больших данных), может стать «входным билетом» в мировые цепочки создания добавленной стоимости. Но на этом пути мы попадаем в излюбленную ловушку: сырье или переработка? Пока обстановка на рынке благоприятная и экспорт биржевых товаров приносит хорошие прибыли, впрочем, как было и с нефтью. Но давление ESG-трендов, углеродных налогов и неуглеродной экономики как минимум создают возможности для выхода на новые, высокомаржинальные рынки. Одним из таких рынков может стать глубокая переработка зерна (ГПЗ). Ее перспективы обсудили на форсайт-сессии «Глубокая переработка 2.0: дорожная карта первоочередных действий», организованной Центром научно-технологического прогнозирования ИСИЭЗ НИУ ВШЭ в марте 2021 года.
Суть вопроса
Заведующая отделом экономики инноваций в сельском хозяйстве Института аграрных исследований НИУ ВШЭ Надежда Орлова выделяет «три ступени роста и формирования добавленной стоимости продуктов глубокой переработки».
Ориентируясь на европейский опыт, наиболее перспективными направлениями, по мнению Орловой, являются биопластик, аминокислоты (включая лизин) и витамины.
«2020 год стал ключевым для отрасли», — считает президент Ассоциации предприятий глубокой переработки зерна Олег Радин. Благоприятным фактором стало продление срока по инвестиционным кредитам для крупных проектов с 8 до 12 лет. А ключевым для отрасли в целом является развитие крупных инновационных проектов с преимущественно экспортной ориентацией. «Судя по опыту Китая, именно техническая обеспеченность и развитость отрасли ГПЗ позволили их предприятиям импортировать исходное сырье из других стран Юго-Восточной Азии, производя на своей территории высокомаржинальный продукт. При сохранении темпов роста и развития, уровня господдержки, а также увеличении объема инвестиций существует большая вероятность того, что Россия выйдет на экспорт с хорошими перспективами», — считает Радин.
Президент Национальной биотопливной ассоциации Алексей Аблаев сообщил, что «цены на продукты глубокой переработки существенно выросли, инвестиции стали интересными». В данной ситуации, продолжил он, «участие государства позволило бы сглаживать риски, способствуя системному и стратегическому развитию отрасли».
Убеждать в необходимости глубокой переработки уже не нужно. По данным статистических исследований ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, сельское хозяйство — лидер по потенциальной динамике инновационного роста с объемом инновационных товаров, работ и услуг более чем в ₽33,8 млрд.
Что мешает нам перейти от отдельных позитивных кейсов к полноценному развитию на базе технологий новой промышленной революции? К тому же на данный момент Россия еще не критически отстает в этой отрасли от Южной Кореи и США, поэтому еще есть время вовремя войти в рынок.
Цена вопроса
В начале года российские производители мяса и птицы обратились к ретейлерам с просьбой поднять закупочные цены. Одной из причин обращения стало, по их словам, то, что в последнее время резко выросла стоимость комбикормов, особенно импортируемых ингредиентов. Как утверждает исполнительный директор завода «Саратовские биотехнологии» Евгений Сергеев, за минувший год (с февраля 2020-го по февраль 2021-го) на конечную стоимость комбикормов, используемых в животноводстве, оказали существенное влияние продукты, которые не производятся в России (или выпускаются в недостаточном объеме).
«Все сырье, которое производится в России, подорожало на 40-50%, пшеница — на 10%, а лизин монохлоргидрат вырос сразу на 120%, L-треонин — почти на 90%», — отмечает Сергеев. При этом именно лизин-хлорид на данный момент не производится в России.
Он отмечает, что внутри страны нет способов повлиять на этот рост цен. Единственный вариант — запускать собственные производства. «Это важно как для сохранения продовольственной безопасности страны, так и независимости от санкций и закрытия границ, которые мы наблюдаем последнее время», — говорит Сергеев.
При этом аминокислоты и витамины получаются из глубокой переработки зерна и используются в широком списке продуктов, включая пищевую промышленность и фармацевтику. На Россию, по оценкам Bloomberg, в 2020 году приходилось до 20% мировой торговли зерна, а в 2021 году объем урожая оценивается на уровне 131 млн т. То есть сырье для производства необходимых комбикормов в России есть.
На данный момент в России не производятся следующее:
Приоритеты есть, заводов нет
Еще в Стратегии научно-технологического развития России, принятой в конце 2016 года, в качестве приоритетов были выделены «переход к высокопродуктивному и экологически чистому агро- и аквахозяйству» и «эффективная переработка сельскохозяйственной продукции». А утвержденный минсельхозом в 2017 году Прогноз научно-технологического развития агропромышленного комплекса до 2030 года очертил для России два сценария:
Наконец, в Стратегии развития АПК и рыбохозяйственного комплекса до 2030 года, утвержденной в апреле 2020 года премьер-министром Михаилом Мишустиным, среди ключевых целей было обозначено «увеличение доли продукции с высокой добавленной стоимостью». Особое внимание модернизации АПК будет уделено и в фронтальной стратегии до 2030 года, которая сейчас активно обсуждается в экспертных сообществах.
Объем инвестиций в АПК в 2020 году составил более ₽750 млрд, что почти на ₽27 млрд больше 2019 года — данные Минсельхоза.
Но при всех правильных и амбициозных установках в национальных документах полноценной биотехнологической отрасли в России так и не существует. Однако есть как минимум один успешный пример, когда частные инвестиции готовы проложить путь в глобальный тренд.
Вне конкуренции
Есть несколько существенных критериев для выбора проектов ГПЗ:
По мнению экспертов, все эти бизнесы работают только в случае, если продаются абсолютно все продукты в цепочке глубокой переработки, иначе проекты становятся экономически нерентабельными.
Одним из примеров региона, который подходит для строительства заводов по ГПЗ, является Саратовская область (входит в топ-10 по производству зерна, 80% сырья идет на экспорт). На территории области с 2019 года строится высокотехнологичный комбинат ООО «Саратовские биотехнологии», который будет производить новые для страны продукты переработки: лизин-хлорид, биоэтанол, кормовые добавки, витамины и т.п.
Предприятие расположится на территории площадью 50 га. Общий объем инвестиций составит ₽20 млрд. На данный момент аналогов такому предприятию в России нет.
До 2022 года планируется создать кластер по глубокой переработке пшеницы мощностью 250 тыс. т в год. Основной продукцией «Саратовских биотехнологий» будет лизин-хлорид в объеме 65 тыс. т.
По словам начальника управления развития пищевой и перерабатывающей промышленности минсельхоза Саратовской области Дмитрия Гуляева, этот проект является одним из приоритетных в регионе. «И я говорю не только про производство аминокислот и витаминов. Например, биоэтанол — тоже продукт глубокой переработки, который кажется низкорентабельным, но на самом деле может стать драйвером для строительства новой ниши. Все-таки запасы нефти истощаются, а биоэтанол — восполняемый ресурс. И за ним будущее. А так как в России сейчас такого производства нет, хотя потребность в биоэтаноле существует, то строительство комбината позволит не только насытить внутренний рынок, но в перспективе выйти и на международные», — отметил Гуляев.
По его мнению, развитие ГПЗ позволит выполнить не только решение правительства РФ по снижению сырьевой направленности экспорта к 2030 году, но и задачи по продовольственной безопасности, так как продукты третьей стадии переработки во многом станут драйвером для других отраслей, например, животноводства.
При этом продукция комплекса проанализирована с учетом большого спектра сбытовых цепочек. Нереализуемый в России биоэтанол в размере не менее 20 тыс. т будет экспортирован в Южную Корею.
Биодобавка в бюджет
По мнению экспертов, сейчас настал момент, когда инвесторы уже начинают понимать необходимость вкладываться в биохимию в России. По оценкам минсельхоза РФ, в 2020 году рентабельность сельхозорганизаций с учетом субсидий составила порядка 18%, без них — на уровне 14%.
Собственное производство аминокислот и витаминов может решить одновременно несколько проблем:
Пока Россия демонстрирует рекорды по урожаю зерна и наращивает свою долю как экспортер, нужно не допустить повторения ситуации с нефтью. Долгие годы Россия считалась страной, основную долю доходов которой составлял экспорт углеводородов. О проблеме практически полного отсутствия производств, которые могли бы выпускать товары с добавленной стоимостью, говорится с начала 2000-х годов.
Последние кризисы — как финансовые, так и политические — показали все проблемы такой зависимости: как только падают цены на нефть или против России вводятся санкции, бюджет страны начинает терять доходы, происходит ослабление рубля, импортные товары дорожают и становятся малодоступными или слишком дорогими.
Выход один — создавать продукцию, которая важна для экономической безопасности России, внутри страны. И как раз на АПК возлагаются большие надежды, т.к. это вопрос не только экономической, но и продуктовой безопасности страны. Эпидемия COVID-19, накрывшая весь мир в начале 2020 года, также наглядно показала риски, с которыми могут столкнуться страны, не имеющие собственных производств для обеспечения продовольственной безопасности:
Все эти проблемы ведут к существенному удорожанию продукции, ее нехватке. Поэтому стоит иметь основные производства необходимой продукции внутри страны.
Применение лизина в бройлерном птицеводстве
В работе представлены материалы по получению лизина различными технологическими способами и применение его в бройлерном птицеводстве. Приведена возможность замены синтетического лизина на симбиотический препарат Пролизэр, при использовании которого ощутимо повышается энергия роста птицы и снижаются затраты корма на 1 кг прироста, увеличивается живая масса по сравнению с применением синтетического лизина.
Лизин (а, е диаминокапроновая кислота) является незаменимой аминокислотой, которую организм животного не способен синтезировать и получает её вместе с пищей. В природе его синтезируют только растения и микроорганизмы. Поскольку содержание лизина в субстратах растительного происхождения невелико (менее 6% от количества протеина), то растительные корма наиболее дефицитны по содержанию в них этой аминокислоты. Для устранения её недостатка в рационах животных целесообразно применять лизинсодержащие препараты. Кроме микробиологического способа производства лизина известны также гидролизный и химический. При гидролизном в качестве сырья используют природные белки, ресурсы которых ограничены. Химическим способом обычно получают рацемическую смесь DL-лизина, однако в организме животных используется только L-лизин, в то время как D-лизин является балластом. Разделение же рацемической смеси DL-лизина довольно сложная проблема.
Для крупнотоннажного объёма лизин экономически целесообразно производить биосинтетическим способом с использованием активных штаммов микроорганизмов. Установлено, что микроорганизмы способны избыточно синтезировать лизин из различных источников углерода как пищевого, так и непищевого происхождения. Различные микроорганизмы обладают разной способностью к биосинтезу лизина, существует также несколько путей их метаболизма. Если у бактерий биосинтез начинается с образования аспартата, то у грибов и дрожжей — с a-кетоглутарата. При этом у бактерий предшественником лизина является а, £-диаминопимелат (ДАП), а у дрожжей и грибов — a-аминоадипинат. Отмечено, что ряд гомосеринауксотрофных мутантов из рода Micrococcus и Вrevibacterium содержит активную декарбоксилазу ДАП. У них утрачена способность к синтезу фермента гомосериндегидрогеназы и, следовательно, к образованию аминокислот, синтез которых идёт через гомосерин.
Технология получения L-лизина путём глубинного культивирования ауксотрофного мутанта Brevibacterium sp. 22 была разработана в 1964 г. Институтом биохимии им. А. И. Баха АН СССР совместно с Институтом микробиологии им. А. Кирхенштейна АН Латвийской ССР. Данный способ в настоящее время применяется на некоторых отечественных предприятиях и за рубежом для производства кормового концентрата лизина (ККЛ).
Мутант Brevibacterium sp. 22 дефи¬цитен по гомосерину (или метионину и треонину), биотину и тиамину (или пиримидиновой части молекулы тиамина). Культура является аэробной, грамположительной, спор не образует. Оптимальная величина для роста культуры 7,0-8,0 ед. рН, температурный оптимум — 28-30° С.
Технология получения кормового концентрата лизина состоит из следующих основных этапов: приготовление питательных субстратов и их стерилизация; выращивание посевного материала; ведение основного процесса ферментации; обезвоживание кулыуральной среды.
Питательные субстраты обычно приготавливают из мелассы, кукурузного экстракта с использованием источников азота и минеральных веществ. В качестве источника углерода применяют не только мелассу, но и сахар- сырец, гидролизаты крахмала, торфа и целлолигнина, уксусную кислоту и др. Источниками органического азота и дефицитных факторов роста могут быть кукурузный экстракт, гидролизаты и автолизаты дрожжей, сок картофеля, экстракты отрубей, альбуминное молоко и др.
Питательные субстраты предварительно стерилизуют, и весь процесс культивирования продуцента ведут при строгом соблюдении условий стерильности, чтобы исключить попадание посторонней микрофлоры.
Выращивание посевного материала можно проводить методами периодического или непрерывного культивирования в глубинных условиях.
Основной процесс ферментации осуществляется в обычных ферментёрах ёмкостью 50-100 кубометров. Посевной материал выращивают периодическим способом в течение 24 часов. Продолжительность процесса ферментации составляет 60-96 ч в зависимости от концентрации субстрата.
По окончании процесса культивирования производится последовательное тепловое обезвоживание всех продуктов ферментации в вакуумных выпарных установках и распылительной сушилке.
Кормовой концентрат лизина, содержащий 15-30% L-лизина, является наиболее дешёвым источником обогащения растительных кормов и эффективнее повышает ростовые и продуктивные показатели животных, чем кристаллический L-лизин, что объясняется наличием в нём других активных веществ — бактериальной биомассы и остатков культуральной среды со всеми внеклеточными метаболитами.
Таким образом, благодаря своему химическому составу и биологической эффективности ККЛ — наиболее ценный источник лизина. Использование его, например, при добавлении 0,1-0,3% лизина к рациону цыплят, содержащему 13-15% протеина, позволяет достигать прироста массы цыплят на 25-45%, что даёт экономию корма на 1 5-20 процентов.
Современные методы органического синтеза способствуют получению рацемических смесей □- и L-аминокислот в требуемых количествах. Однако, учитывая бесполезность, а в некоторых случаях и токсичность D-изомеров, аминокислоты пищевого, фармацевтического и кормового назначения содержат в основном физиологически активные L-формы.
Лишь относительно недавно в мире освоено производство чистого кристаллического L-лизина с концентрацией 98,5% и выше, что резко повысило его эффективность для животных, а также после соответствующей очистки — для пищевой и фармацевтической промышленности.
В настоящее время производство L-лизина (формы, пригодной для потребления) в мире составляет примерно 600 тыс. т в год и представляет собой рынок с ежегодным оборотом до 1,4 млрд. долларов. Среди ведущих компаний бесспорное первенство принадлежит японской Ajinomoto Со. и американской Archer Daniels&Midlands (ADM), выпускающим по 40% мирового объёма каждая. Другими заметными игроками на рынке являются Degussa- Huels (Германия), BASF (Германия), Kyowa Hokko (Япония) и Cheil Jedang Corporation (Южная Корея).
Географическое расположение мощностей по выпуску лизина чаще всего привязано к регионам его потребления. Так, на Северную Америку и Азию приходится до 3/4 оборота этого продукта.
Более 95% лизина используется для добавления к кормам в свиноводстве и птицеводстве. Для свиней лизин является аминокислотой №1, а для птицы по важности №2 после метионина. До 10 тыс. т более высокой концентрации (99,5% и выше) его используют ежегодно в производстве биоактивных добавок для человека и в медицинских целях.
О привлекательности L-лизина свидетельствуют темпы прироста производственных мощностей на уровне 7-10% в год. В ближайшем будущем (до 2015 г.) основные мировые производители намереваются в 1,5 раза увеличить свои объёмы. В частности, ADM и Ajinomoto уже ведут строительство дополнительных производственных блоков на своих заводах, что позволит каждому из них увеличить выпуск продукции с 200 ДО 300 тыс. т в год.
Впервые российский кристаллический лизин был получен в 1964 г. на опытно-производственной установке Института атомной энергии им. Курчатова с целью апробации продукта в качестве обогатителя кукурузных кормов. В конце 80-х годов прошлого века в Советском Союзе работали 5 предприятий — производителей лизина, в совокупности обеспечивавших потребительский рынок объёмом в 32 тыс. т в год.
С распадом СССР на территории современной России осталось только одно профильное производство — Щебекинский завод. Основной его продукцией является жидкая фракция с содержанием чистого лизина 8-14%, в отличие от кристаллического 98,5%-ного монохлорида L-лизина, производящегося во всём мире.
Сегодня в нашей стране нет ни одного завода, который мог бы производить лизин кристаллической формы, по качеству полностью удовлетворяющий потребителей. Главные импортёры лизина в РФ — Япония, Германия и США. Ежегодно из-за рубежа ввозят 7,5 тыс. т. чистого лизина от таких мировых лидеров отрасли, как Ajinomoto, ADM, CJ, BASF и Degussa. Щебекинекий завод производит около 1,7 тыс. т продукта в год.
Получение аминокислот можно производить посредством гидролиза естественных продуктов, содержащих белки (например, отходов птицеперерабатывающих производств), а также путём химического, энзиматического и микробиологического синтеза. Наиболее распространённым в настоящее время является микробиологический синтез аминокислот. Питательная среда для него обычно содержит источники углеводов, органического и неорганического азота, а также фосфаты калия.
Современный микробиологический синтез аминокислот основан на питательных средах, содержащих мелассу (отход сахарного производства), кукурузный экстракт и минеральные соли. Кроме мелассы прибегают к таким источникам углерода, как гидролизаты древесины и целлолигнина.
Учитывая, что в 2050 г. население планеты превысит 9 млрд., а это значит, что продуктов питания необходимо на 70% больше, чем сейчас, можно с уверенностью сказать, что производство лизина синтетического и микробиологического происхождения будет отставать. Для решения этой проблемы надо дополнительно искать альтернативные методы.
Разработка симбиотических препаратов, способных синтезировать лизин и тем самым хотя бы частично снять остроту его дефицита, представляет большой интерес и является альтернативным методом получения этого важного продукта.
У большинства видов сельскохозяйственных животных симбиотические отношения, возникшие в ходе эволюции, играют важнейшую роль. Особенно чётко проявляется роль микрофлоры желудочно-кишечного тракта в питании животных (синтез аминокислот, витаминов, ферментов и других физиологически активных соединений), а также в защите организма-хозяина от патогенных микроорганизмов.
Одним из важнейших многочисленных обитателей кишечника является кишечная палочка — Escherichia coli, детально изученный в генетическом отношении объект, наиболее часто используемый в экспериментах по генетической инженерии. Исследования, выполненные на пациентах-добровольцах и лабораторных животных, не подтвердили пессимистические прогнозы о биологической опасности генно-инженерных экспериментов. Не исключена возможность сознательного приживления в желудочно-кишечном тракте животных на определённый промежуток времени сконструированных штаммов E.coli — продуцентов биологически активных соединений.
Проблема дефицита незаменимых аминокислот в птицеводстве очень острая. Природно-климатические условия нашей страны и промышленные технологии содержания птицы, отличающиеся высокой скоростью роста, не позволяют обеспечить отрасль не только качественными белковыми и энергетическими кормами, но и лимитирующими аминокислотами, витаминами, микроэлементами, антиоксидантами, ферментными препаратами и другими биологически активными и минеральными веществами. А это приводит к резкому снижению генетического потенциала птицы.
В последние годы (2004-2011) на экспериментальной базе Всероссийского научно-исследовательского и технологического института биологической промышленности (ВНИТИБП) РАСХН проведён комплекс исследований по разработке технологии производства новых симбиотических препа¬ратов — продуцентов лизина с ис¬пользованием в качестве основы штаммов E.coLi.
Симбиотики — продукты биотехнологического производства, содержащие живые микроорганизмы, продуцирующие в желудочно-кишечном тракте животных аминокислоты (в том числе незаменимые), ферменты, витамины и таким образом способствующие повышению продуктивности.
Использование симбиотических биопрепаратов — продуцентов лизина, позволяющих снизить дефицит лимитирующих аминокислот, приводит к повышению продуктивности животных и птицы, а следовательно, к эффективности отрасли.
Культивирование Е. coli штамма VL 613 проводят глубинным методом. Для этого в стерильный ферментёр, который снабжён системой автоматического контроля и регулирования основных технологических параметров (температура, обороты мешалки, рН, р02, еН), загружают жидкую питательную среду — бульон Хоттингера, приготовленный на основе перевара. Готовая стерильная питательная среда должна содержать 160-180 мг% амин- ного азота и иметь 7,4-7,6 ед. рН. В ферментёр с питательной средой инокулируют 18-24-часовую матриксную культуру эшерихий (Е. coli шт. VL-613), выращенную в жидкой питательной среде, по составу аналогичной со средой культивирования, в соотношении 5-10% от объёма питательной среды, затем культивируют при 37±1 ° С в течение 4-6 ч по разработанной ВНИТИБП технологии. Общая концентрация эшерихий по окончании процесса составляет 16-30 млрд. м.к./см3.
Полученную бактериальную культуру концентрируют, осадок смешивают с защитной средой высушивания. После этого бактериальную суспензию расфасовывают с соблюдением условий асептики в стерильные флаконы и проводят её лиофилизацию.
Полная замена кристаллического лизина в рационах для бройлеров симбиотическим препаратом позволила обеспечить среднесуточный прирост живой массы цыплят опытных групп: для кросса «Кобб-500» — 56,1 г против 54,1; для кросса «Кобб Авиан-48» — 58,4 г против 56,9; для кросса «Смена-7» — 54,5 г против 52,5 в контроле.
Результаты проведённых испытаний на большом поголовье в ППЗ СГЦ «Смена» показали, что использование симбиотического препарата Пролиззр на основе Е. coli штамма VL 613 позволяет полностью заменить синтетический лизин в рационах кормов для бройлеров.