Потеря слуха
Бетховен начал терять слух около 1796 года. Он страдал тяжелой формой тинита, «звон» в ушах мешал ему воспринимать и оценивать музыку, на более поздней стадии болезни он избегал и обычных разговоров. Причина глухоты Бетховена неизвестна, высказываются такие предположения, как сифилис, отравление свинцом, тиф, аутоиммунные расстройства (такие, как системная красная волчанка), и даже привычка окунать голову в холодную воду, чтобы не заснуть. Объяснением, основанным на результатах посмертного исследования, является воспаление внутреннего уха, которое со временем усугубляло глухоту. Из-за высокой концентрации свинца обнаруженной в пробах волос Бетховена, эта гипотеза была обстоятельно проанализирована. Хотя вероятность отравления свинцом, очень высока, глухота связанная с ним, редко принимает форму, которая отмечена у Бетховена.
Слуховые трубки Бетховена из собрания Beethoven-Haus, Бонн
Большая коллекция слуховых трубок Бетховена находится в доме-музее Бетховена в Бонне. Несмотря на очевидное ухудшение слуха, Карл Черни отмечал, что Бетховен мог слышать речь и музыку до 1812 года. В 1814 году, однако, Бетховен был уже почти полностью глухим.
Одним из результатов глухоты Бетховена стал уникальный исторический материал: его разговорные тетради. Бетховен использовал их для общения с друзьями в течение последних десяти, или около того, лет. Он отвечал на письменные реплики или устно, или также вписывая ответы в тетрадь. Тетради содержат споры о музыке и по другим вопросам, позволяют получить представление о его личности, взглядах и отношении к искусству. Для исполнителей его музыки они являются важным источником, позволяющим узнать авторское мнение по вопросам интерпретации его сочинений. К сожалению, 264 из 400 тетрадей были уничтожены (а оставшиеся отредактированы) после смерти Бетховена Антоном Шиндлером, который стремился сохранить идеализированный портрет композитора.
Как глухой Бетховен смог стать одним из величайших композиторов, и почему от так и не женился
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
«Пусть страдалец утешится, видя такого же страдальца, как и он сам, который, вопреки всем преградам, воздвигнутым самой природой, сделал всё, что было в его силах, дабы стать человеком, достойным этого имени.»
(Людвиг ван Бетховен)
Людвиг ван Бетховен (Ludwig van Beethoven) не просто величайший композитор. Он, без всяческих сомнений, один из героев нового времени. У каждой эпохи свои герои. Времена античности ознаменовались такими фигурами, как Александр Македонский, Юлий Цезарь и другими великими личностями. Пришли новые времена для Европы и с ними новые герои. Политики, военачальники, полководцы потеряли актуальность. Образцами новых героических качеств, созвучных наступившей эпохе, становились иные значительные люди. Одним из которых и стал блистательный композитор, обладатель дара воистину божественного.
Принято считать, что у Людвига было тяжёлое беспросветное детство, что он был несчастным, глухим чуть ли не от рождения, одиноким и нищим. Конечно, гений обязан быть убог, иначе человечество не желает признавать его гениальность. Но это было не совсем правдой. Точнее, во многом это ложь.
Жестокий отец и несчастное детство
Будущий гений родился в музыкальной семье. Его отец, Иоганн ван Бетховен был довольно талантливым певцом-тенором. Уважаемым настолько, что его приглашали почтенные состоятельные люди обучать их детей музыке. Часто отца Бетховена совершенно несправедливо изображают опустившимся неудачником, пьяницей и деспотом.
Иоганн был авторитарен. Он действительно желал воспитать из Людвига второго Моцарта. Но всё дело в том, что мальчик был способным к музыке и отец это видел. Иначе никакие принудительные многочасовые занятия не помогли бы Людвигу стать впоследствии великим композитором. Правда именно композиторский талант сына Иоганн рассмотрел не сразу. В этом ему помог учитель Людвига, Кристиан Готлоб Нефе, который обучал мальчика музыкальной грамоте.
Именно Нефе первым заметил, что мальчик не просто второй Моцарт, в нём кроется настоящий музыкальный гений композитора. Он сказал об этом отцу мальчика и первым познакомил общественность с музыкой Людвига. Публика была в восторге от музыки юного Бетховена, которому на тот момент было всего двенадцать.
К сожалению, в 1787 году умерла мать Людвига и любимая жена Иоганна, Мария-Магдалина. После этого отец композитора сломался. Он стал пить, постепенно опустился и Людвигу пришлось содержать его и своих братьев. Но отец всегда безмерно гордился сыном-композитором.
Глухой от рождения композитор
Бетховен не был глухим всегда, как многие считают. Он стал постепенно терять слух примерно с двадцати шести лет. Полностью он оглох к сорока четырём, до этого он с трудом, но различал звуки. Бетховен пользовался специальной слуховой трубой. Она была довольно громоздкой, что делало ношение её с собой чрезвычайно неудобным.
Когда композитор начал терять слух и понял, что это неизлечимо и что его ждёт в итоге, он был просто в отчаянии. Людвиг очень боялся, что о его глухоте узнают, стал отказываться играть и дирижировать. Он даже подумывал о самоубийстве. Он без конца вопрошал Бога за что ему дано такое жестокое испытание. Но в процессе он смирился и научился с этим жить. Бетховен начал писать в специальных, как он говорил, разговорных тетрадях, которые стали его жизнеописанием.
Самое главное, что не произошло то, чего композитор так боялся: да, он не слышал звуков, но музыка не покинула его. Она звучала в его голове постоянно. Он творил, зажимая в зубах один конец карандаша, а другой упирал в корпус рояля. Так композитор ощущал вибрации. Самые потрясающие свои произведения он написал именно в период, когда стремительно терял слух. Так что у Бога свои планы на нас, которые мы часто не можем постичь, но это всегда лучшее.
Одинокий и несчастный
Бетховен никогда не был женат, но он не был одинок. Он часто увлекался, как настоящая высокотворческая личность. Романы просто заканчивались всегда неудачно. По слухам Людвиг был робок с женщинами и пуританин до мозга костей. Он не мог позволить себе вольностей с дамой. Замужние дамы были для него всегда однозначным табу. С некоторыми ему не везло. Ведь очень часто дамы видели в нём лишь средство для достижения своих корыстных целей. И вдоволь наигравшись с чувствами многообещающего гения, выскакивали замуж за приземлённого богатея.
Искренние взаимные чувства с Терезой Брунсвик, с которой Бетховен был тайно помолвлен, тоже закончились ничем. Несмотря на чувства, пара рассталась по неизвестным причинам. Многие историки склонны считать знаменитое письмо Бетховена к некой «бессмертной возлюбленной» адресованным именно Терезе. Но точных подтверждений этому нет. А может оно вообще обращено не к какой-то женщине, а подлинной вечной возлюбленной великого композитора — Музыке?
С Людвигом всегда были рядом друзья, знакомые, родственники. Он даже иногда уезжал из Вены, где он жил, за город, чтобы побыть одному и заняться тем, что любил больше самой жизни — своей музыкой. Когда он хотел поработать в одиночестве, то писал, чтоб никто его не посещал, что он занят и ему никто сейчас не нужен.
Одиночество великого мастера было скорее моральным. Его часто не понимали. Иногда не могли оценить в полной мере произведения Бетховена из-за их сложности. Композитор прекрасно понимал, что многие его произведения не для масс, публика их не поймёт. Он писал музыку для себя. Часто упоминают о том, как на подобный упрёк Бетховен прямо ответил Шиндлеру: «Как Вам, с Вашей заурядностью, понять нечто незаурядное?»
В своих письмах и записях, в отличие от того же Моцарта, который всегда писал слово la musique по-французски, Бетховен пишет — die Kunst («искусство» по-немецки). Для Бетховена музыка была божественным и священным искусством. Один из самых знаменитых портретов композитора, кисти Виллиброрда Мэлера, изображает его в роли Орфея.
Нищий гений
Бетховен никогда не был особенно богат. Только это не потому что ничего не зарабатывал. Просто композитора мало интересовали различные бытовые блага. Бетховен всегда мог помочь друзьям деньгами, если они в них нуждались. Людвиг написал однажды: «Представь только, вдруг кто-то из моих друзей нуждается, а у меня нет денег, и я не могу помочь ему сразу же, не беда, мне стоит только сесть за стол, взяться за работу, и очень скоро я помогу другу выбраться из нужды… Это просто замечательно. Так вот, я решил, что пусть моё искусство служит ко благу бедняков».
Свою не весьма благополучную семью Людвиг содержал на свои деньги до самой своей смерти. Бетховен даже оставил в наследство своему непутёвому племяннику Карлу, которого очень любил, привилегированные акции Австрийского национального банка. Хотя сам, как говорят, умер на постели с клопами. Вопреки распространённому мнению жилище композитора совсем не было таким убогим. Это была роскошная квартира, которую до него занимал генерал австрийской армии.
Послание Бетховена ко всему человечеству
Лучше всего свои взгляды и принципы композитор выражал в своей музыке. Произведения, которые он смог создать тогда, когда перестал слышать, очаровывают, оказывают на слушателя гипнотическое действие. Они пьянят, Бетховен заявляет: «Я — Вакх, который выжимает сладостный сок винограда для человечества. Это я дарую людям божественное исступление духа».
Задумку произведения, которое стало бессмертным шедевром и визитной карточкой великого композитора, он вынашивал больше двух десятков лет. Пробой к нему стала Девятая симфония. Бетховен примерялся, использовал разные музыкальные формы. Изначально бессмертная «Ода к радости» должна была украсить десятую или одиннадцатую симфонии (композитор говорил, что написал их, но рукописи не нашли). Но всё же он включил её в девятую симфонию.
Впервые «Ода к радости» прозвучала вместе с Девятой симфонией в 1824 году. Очевидцы рассказывали, что после того, как музыка отзвучала, композитор стоял спиной к залу. Одна певица обратила на это внимание и развернула его. Аплодисменты пришедшей в состояние неистового восторга публики прозвучали целых пять раз. При этом, согласно этикету, даже венценосным особам принято было рукоплескать лишь трижды. Овации удалось прервать только с помощью полиции. Композитор был потрясён настолько, что потерял сознание и не приходил в него до вечера следующего дня.
На партитуре девятой симфонии Людвиг ван Бетховен написал:
«Жизнь есть трагедия.
Ура!»
Смерть героя и триумф жизни
Когда композитор скончался, проводить его в последний путь пришло огромное количество людей. Самый лучший австрийский актёр произнёс посмертную речь, а лучший поэт Австрии, Франц Грильпарцер, написал некролог. День рождения Бетховена и день его смерти стали отмечать грандиозными концертами. В его честь написано множество пьес, стихов, книг.
Современники композитора прекрасно знали, что он гениален, что он не такой как все, что он очень особенный человек. Сейчас личность Бетховена является иконой для музыкантов разных стилей и направлений. Пусть сам он умер, но музыка его будет жить вечно, вдохновляя собой целые поколения.
«Подлинный художник лишён тщеславия, он слишком хорошо понимает, что искусство неисчерпаемо.»
(Людвиг ван Бетховен)
Подробнее о личной жизни великого композитора, прочтите в нашей статье безответная любовь Людвига ван Бетховена.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Людвиг Ван Бетховен. Медицинская биография
Настоящая статья – это обзор медицинской биографии великого композитора, который попытались сделать гастроэнтерологи. Широко известно, что Людвиг ван Бетховен был глухим. Однако мало кому известен тот факт, что он страдал от целой гаммы расстройств, которые одни авторы склонны рассматривать как системное заболевание, а другие – как их сложную совокупность.
Споры вокруг болезней Бетховена не затихают и по сей день. Людвиг ван Бетховен родился в 1770 году и прожил 57 лет. За свою недолгую жизнь он написал 9 симфоний, 5 фортепьянных концертов и 1 скрипичный, 17 струнных квартетов, 1 оперу и 32 фортепьянные сонаты.
Отец композитора страдал от алкоголизма, отчего и умер в 1791 году. Мать умерла пятью годами раньше от туберкулеза, от которого скончался и один из братьев композитора. Другой брат умер от атеросклеротического заболевания сердца. Кроме того, имеются сведения об астматических эпизодах у Бетховена в пятилетнем возрасте и пожизненной подверженности его респираторным заболеваниям. Он также переболел оспой, которая оставила следы на его лице.
С 1792 года у композитора начались абдоминальные расстройства в виде повторяющейся диареи и болей в животе, что позднее начало сопровождаться допотифоидной лихорадкой, перемежающимися приступами диареи и сильнейших запоров. В изолированном виде все это можно было трактовать как воспалительное заболевание кишечника.
В 1812-1820 годах к описанной клинической картине добавились анорексия, дегидратация и сильнейшие абдоминальные колики, спасаясь от которых Бетховен стал злоупотреблять алкоголем. В 1821 году у композитора были отмечены желтуха, боли и рвота, которые повторялись через несколько месяцев.
В 28-летнем возрасте у Бетховена начинает развиваться глухота, сопровождавшаяся звоном в ушах, которую ему тщательно удавалось скрывать в течение трех лет. Однако в возрасте 44 лет композитор полностью оглох. Травмированный душевно, он продолжал пить. В 1822 году у него появляются сильные головные боли, усиливаются проблемы с желудочно-кишечным трактом и рекуррентные ревматические атаки.
Для объяснения глухоты авторы дифференциально-диагностически разбирают: повторные воспаления среднего уха, повреждения VIII пары черепных нервов (возможно, инфекционного, в том числе сифилитического, генеза), отосклероз, болезнь Педжета и болезнь Меньера.
Известно, что глухота наложила отпечаток на творчество композитора. Если до 1800 года в его музыке чувствуется влияние Моцарта и Гайдна, то с 1800 по 1815 год, когда глухота прогрессировала, Бетховен пишет знаменитую Лунную сонату и Третью, Четвертую, Пятую симфонии. Будучи уже полностью глухим, тяжело больным соматически, с расстроенной психикой, он создает потрясающую Девятую симфонию и Messa Solemnis.
В 1804 году у композитора отмечались сильная лихорадка и абсцесс, едва не повлекший за собой потерю пальца. В 1822 году диагностирована торакальная подагра, спустя год он жалуется на боль в глазах (по-видимому, начавшийся увеит). В 1825 году у него вновь диагностируют желтуху, которая сопровождается психическими расстройствами, пиодермией, носовыми кровотечениями, повторным кровохарканьем. В 1826 году у Бетховена отмечаются боли в груди, кашель (врачи ставят диагноз пневмонии), появляются припухлости голени и лодыжек, анорексия, гепатомегалия и асцит. В связи с этим врачи вынуждены давать композитору небольшие дозы алкоголя, чтобы предотвратить белую горячку и облегчить боли. В марте 1827 года появляется сообщение о поверхностном дыхании, кровохарканьи, правосторонних болях в груди.
Неделей позже у композитора развиваются диарея, желтуха, рвота, сильный отек лодыжек и, очевидно, анурия. Далее симптомы усилились. У него откачали большое количество асцитной жидкости. 24 марта Бетховен впал в коматозное состояние и через два дня скончался.
По меньшей мере трижды (две эксгумации) его тело подвергалось аутопсии. При первом вскрытии сообщалось о макроузелковом циррозе печени (что говорит о неалкогольной его природе), портальной гипертензии и спленомегалии (размер селезенки превышал норму в 3 раза), хроническом панкреатите и желчнокаменной болезни. Свод черепа был равномерно и существенно уплотнен. Слуховые нервы истончены (больше слева), слуховые артерии склерозированы. Однако признаков облитерирующего эндартериита, как это бывает, например, при сифилисе, не было обнаружено.
При попытках установить диагноз авторы данного обзора рассматривают следующие варианты.
Системная красная волчанка. Против этого варианта говорит редкая встречаемость данного заболевания у лиц мужского пола и развитие болезни в раннем возрасте. Кроме того, это заболевание крайне редко сочетается с циррозом печени, а многих присущих ему признаков (облысение, перикардит, лимфоаденопатия и существенное поражение почек) у больного не было.
Заболевание Педжета с поражением костей (Paget). На эту мысль некоторых исследователей навели маленький рост композитора (165 см), асимметрия головы, широкий лоб, нависающие надбровные дуги, большие руки и тонкие пальцы. В противоречие с данным диагнозом вступает равномерность истончения костей черепа, сильная диарея и другие гастродуоденальные симптомы (что не характерно для болезни Педжета), крайне редкая встречаемость этого заболевания в возрасте до 50 лет.
Туберкулез. При милиарной форме, способной объяснить описанную симптоматику, больной не прожил бы больше 30 лет.
Саркоидоз. Этот гранулематоз часто сочетается с туберкулезом, однако это не объясняет глухоту.
Воспалительное заболевание желудочно-кишечного тракта. Против данной версии свидетельствует то, что на аутопсии не было выявлено спаечных процессов и перфораций. В анамнезе не было ректальных кровотечений, характерных для язвенных колитов, хотя многое из наблюдавшегося объясняется именно этой гипотезой.
Болезнь Виппля (Wipple). Редкое системное заболевание, вызываемое Tropheryma whippelli при аутоиммунной предрасположенности. Развивается в возрасте 40-50 лет, у мужчин в 9 раз чаще, чем у женщин, в 85% случаев у белой расы. Такая гипотеза объясняет большую часть описанных выше симптомов. Однако у композитора не было частых (в 25% случаев) поражений сердечных клапанов, которыми обычно сопровождается данное заболевание.
Авторская точка зрения состоит в том, что Бетховен страдал глухотой смешанного генеза: в результате отосклероза и поражения слуховых нервов, не связанных с другими симптомами. Его желудочно-кишечные расстройства представляют собой вторичные симптомы воспалительного заболевания кишечника. Более вероятно, что речь идет о болезни Крона, нежели о язвенном колите. Нередко встречающиеся при ней увеит и артропатии могут быть отнесены к ревматологической симптоматике. Цирроз печени, который может встречаться при воспалительных заболеваниях кишечника, в данном случае усугублялся злоупотреблением алкоголем и, несомненно, явился причиной смерти композитора.
В 1822 году в вене ставили оперу «Фиделио». Друг композитора — Шиндлер — писал: «Бетховен пожелал на генеральной репетиции дирижировать сам…” Начиная с дуэта в первом акте стало ясно, что Бетховен ровно ничего не слышит! Маэстро замедлял ритм, оркестр следовал за его палочкой, а певцы «уходили» вперед. Произошло замешательство.
В Вене
Умлауф, который обычно дирижировал оркестром, предложил на минуту приостановить репетицию, не объясняя причин. Затем он обменялся несколькими словами с певцами, и репетиция возобновилась. Но снова началась сумятица. Пришлось опять сделать перерыв. Было совершенно очевидно, что продолжать под управлением Бетховена невозможно, но как дать ему это понять? Ни у кого не хватало духа сказать ему: “Уйди, бедный калека, ты не можешь дирижировать”.
Бетховен озирался и ничего не понимал. В конце концов Шиндлер подал ему записку: “Умоляю вас, не продолжайте, позже объясню, почему”. Композитор опрометью бросился бежать. Дома он в изнеможении бросился на диван и спрятал лицо в ладони. “Бетховен был ранен в самое сердце, и впечатление об этой ужасной сцене не изгладилось в нем до самой смерти”, — вспоминал Шиндлер.
Но Бетховен не был бы самим собой, если бы не взял реванш у несчастья. Спустя два года он дирижировал (точнее, участвовал “в управлении концертом”) своей Девятой симфонией. По окончании раздались овации. Композитор, стоя спиной к залу, ничего не слышал. Тогда одна певица взяла его за руку и обернула к публике. Бетховен увидел поднявшихся с мест рукоплещущих людей с восторженными лицами.
«Желудочная форма»
Проблемы со слухом появились у композитора в 28 лет. Врачи полагали, что причиной этому могло быть. заболевание брюшной полости. Бетховен часто жаловался на колики — “мою обычную болезнь”. К тому же летом 1796 года он переболел тяжелой формой тифа.
Такова одна из версий. Биограф Бетховена Э.Эррио говорит о других причинах глухоты: “Действительно ли она возникла около 1796 года из-за простуды? Либо ее причиной была оспа, усеявшая рябинами лицо Бетховена? Сам он приписывал глухоту заболеваниям внутренних органов и указывал, что болезнь началась с левого уха…”
Причинами назывались также грипп и сотрясение мозга. Но ни одна из них не объясняет особенность потери слуха у Бетховена.
Композитор обратился к врачам. Ему прописывали ванны, пилюли, миндальное масло. Даже такое мучительное лечение, как мушки на руки. Узнав, что “гальванизмом” якобы излечили глухонемого ребенка, Бетховен собирался этот метод испробовать на себе.
Между тем глухота развивалась и принимала стойкую форму. В одном из писем композитор приводит характерный признак: “День и ночь у меня беспрерывный шум и гудение в ушах”.
Глухоту Бетховена начали замечать окружающие. Первым оказался приятель Рис. В 1802 году он гулял с композитором в окрестностях села Гейлигенштадта недалеко от Вены. Рис обратил внимание Бетховена на интересную мелодию, кем-то исполнявшуюся на пастушеской свирели. Полчаса Бетховен напрягал слух и ничего не услышал. Рис вспоминал: “он сделался необыкновенно тих и мрачен, несмотря на то, что я его уверял, будто тоже ничего не слышу (чего в действительности не было)”.
Завещание для врачей
Профессиональный мизантроп
Бетховен знал, что обречен. В те времена, как, впрочем, и ныне, глухота почти не поддавалась лечению. Меняя врачей, он им не верил, но цеплялся за каждый шанс. Однако ни один не приносил исцеления.
Он все больше отдалялся от людей. “Моя жизнь жалка, — писал Бетховен, — уже два года я избегаю всякого общества”. Кому приятно разговаривать с глухим, которому в лучшем случае надо кричать на ухо? Приходилось расстаться и с надеждой завести семью — много ли девушек, желающих выйти замуж за глухого?
А ведь еще совсем недавно он был элегантным, общительным, светским щеголем. Столь пленительным в своем кружевном жабо. Он был талантливым музыкантом. Имел известность как композитор-новатор, чье творчество вызывало жаркие споры. У него были поклонники и поклонницы. Теперь приходилось уходить в себя и свое горе. Постепенно превращаться в человеконенавистника. Сначала мнимого, затем настоящего.
Самым страшным было то, что глухота отрезала путь к музыке. Казалось, навсегда. “Если бы у меня была другая специальность, то это бы куда ни шло, — говорит Бетховен в одном из писем. — Но при моей специальности это состояние ужасно; притом что скажут мои враги, которых не так уж мало!”
Бетховен всячески старался скрыть свою болезнь. Он напрягал остатки слуха, старался быть предельно внимательным, учился читать по губам и лицам собеседников. Но шила в мешке не утаишь. В 1806 году он пишет самому себе: “Пусть твоя глухота не будет более тайной, даже в искусстве!”.
Стальная воля
Диагноз для гения
Существует несколько объяснений болезни композитора. Одно из них — версия Ромена Роллана и парижского врача Маража.
По мнению доктора, болезнь началась с левой стороны и была вызвана повреждением внутреннего уха, откуда исходят различные ответвления слухового нерва. Мараж пишет: “Если бы у Бетховена был склероз, то есть если бы он был внутри и снаружи погружен в слуховую ночь начиная с 1801 года, то, возможно, чтобы не сказать — несомненно, он не написал бы ни одного из своих произведений. Но его глухота, лабиринтного происхождения, представляла ту особенность, что, отделяя его от мира внешнего, она зато поддерживала его слуховые центры в состоянии постоянного возбуждения, производя музыкальные вибрации и шумы”.
Люди с больным лабиринтом нередко слышат восхитительную музыку. Однако они ее не запоминают и не могут воспроизвести. Бетховен обладал цепкой памятью, которая позволяла ему эту музыку сохранять в воображении. К тому же он владел профессиональными навыками для ее “аранжировки”. Воспроизводить музыку композитор мог на своем фортепиано со специальным резонатором. Он брал палочку в зубы, вставлял в инструмент и улавливал колебания.
Мараж приходит к выводу: “При заболевании нервного слухового аппарата прежде всего страдает восприятие высоких тонов… Наконец, следует указать на субъективные расстройства слуха в виде жалоб на шум и восприятие мнимых звуков, характерных для начальной стадии некоторых заболеваний слухового нерва. Иногда подобные шумы вызываются сосудистыми заболеваниями, аневризмами, спазмами вблизи слухового нерва”.
Можно предположить, что если бы не было глухоты, то не было бы и Бетховена. Отгораживая его от внешнего мира, глухота способствовала концентрации внимания — необходимого для творчества. В творчестве композитору, по его словам, также помогала добродетель. Ее он придерживался всю жизнь. А главное — он был убежден, что создан для работы, которая не по плечу другим.