Современные возможности терапии подагры
Рассмотрены подходы к лечению подагры в соответствии с современными рекомендациями. Уделено внимание и немедикаментозным методам профилактики, представлены рекомендации по диетотерапии при подагре.
Approaches to gout therapy were considered according to modern guidelines. Attention was also paid to non-drug methods of prevention, guidelines on dietary treatment in gout were presented.
Подагра является наиболее частой причиной артрита [1], что обусловлено отложением кристаллов моноурата натрия (МУН) в суставах и мягких тканях. Для формирования кристаллов МУН необходима персистирующая гиперурикемия. При повышении сывороточного уровня мочевой кислоты (МК) происходит насыщение тканей МУН, что создает условия для его кристаллизации и, соответственно, манифестации подагры [2]. Порог насыщения МК составляет около 7 мг/дл (420 мкмоль/л), хотя для пациентов с подагрой рекомендуется достигать сывороточный уровень МК менее 6 мг/дл (360 мкмоль/л), поскольку такой уровень МК приводит к более быстрому уменьшению кристаллических отложений МУН [3–6].
Достигнутые в настоящее время успехи в понимании основных механизмов развития хронической гиперурикемии и подагры позволили пересмотреть многие положения, лежащие в основе диагностики и лечения заболевания. Между тем, несмотря на успехи в понимании патофизиологии подагры и доступность эффективных методов лечения, подагра остается плохо контролируемым заболеванием во всех странах [7, 8]. Пожалуй, самой распространенной проблемой является низкая приверженность пациентов к снижению сывороточного уровня МК, что главным образом связано с недостаточным пониманием цели терапии подагры и врачами, и пациентами. Целесообразно объяснить пациентам цель лечения [9–11], которая заключается в растворении имеющихся отложений кристаллов МУН путем снижения сывороточного уровня МК ниже точки насыщения сыворотки уратами и купировании приступов артрита, если таковые возникают. Следует также поддерживать сывороточный уровень МК ниже порога насыщения, чтобы избежать образования новых кристаллов.
Целью настоящей статьи было предоставить практический обзор существующих подходов к управлению заболеванием в четырех аспектах: немедикаментозные методы профилактики и лечения гиперурикемии; купирование острого приступа артрита; уратснижающая терапия, направленная на профилактику приступов артрита и образование тофусов; профилактика приступов артрита при инициации уратснижающей терапии.
Лечение подагры в соответствии с современными рекомендациями направлено на улучшение исходов заболевания. Эффективность лечебно-профилактических вмешательств при подагре зависит от четкого следования предложенной в них концепции лечения [4, 12, 13].
Немедикаментозные методы профилактики
Немедикаментозные методы профилактики, нацеленные на модификацию факторов образа жизни, связанных с риском развития гиперурикемии, предусматривают индивидуальное или групповое профилактическое консультирование по актуальным вопросам диетотерапии, контролю массы тела при ожирении, достижению целевых уровней артериального давления, коррекции нарушений углеводного и липидного обмена.
Ожирение является ведущим фактором риска подагры, особенно у мужчин, соответственно, контроль массы тела оказывает существенное влияние на частоту приступов подагры [14]. Снижение веса за счет ограничения общей калорийности пищи и потребления углеводов благотворно влияет на уровни сывороточного урата у пациентов с подагрой [15, 16].
Следует отметить, что в настоящее время пересмотрены некоторые принципиальные позиции по диетотерапии при подагре. Так, рекомендация по жесткому ограничению в пищевом рационе пуринсодержащих продуктов распространяется только на животные производные (мясо, морепродукты), поскольку именно такая мера способствует снижению сывороточного уровня мочевой кислоты. При этом богатая пуринами растительная пища не оказывает существенного влияния на урикемию [4, 17]. Показано, что потребление обезжиренных молочных продуктов [18, 19], растительных масел и овощей ассоциируется с уменьшением риска гиперурикемии и приступов подагры [4, 12]. Витамин С увеличивает почечную экскрецию мочевой кислоты, поэтому его можно использовать в качестве дополнительной меры при терапии подагры [20, 21]. Безопасным в отношении сывороточного уровня МК и риска развития подагры считается потребление небольшого количества сухого вина [20, 22]. При этом потребление пива, в т. ч. безалкогольного, крепких спиртных напитков, а также подслащенных безалкогольных напитков с высоким содержанием фруктозы должно быть ограничено максимально [20, 23–25].
Несмотря на то, что основная масса клинических исследований затрагивают оценку эффективности диетотерапии в аспекте профилактики риска развития подагры, а не управления частотой приступов артрита у лиц с верифицированным диагнозом, рекомендации по модификации образа жизни должны даваться всем пациентам с подагрой, в т. ч. получающим медикаментозную терапию.
Купирование острого приступа подагрического артрита
В современных рекомендациях в качестве препаратов первой линии противовоспалительной терапии рассматриваются нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), колхицин и глюкокортикостероиды (ГК) [4, 12, 13]. Сравнительно недавний систематический обзор показал, что НПВС (в том числе селективные ингибиторы ЦОГ-2), ГК (перорально и внутримышечно), колхицин и ингибитор ИЛ-1β (канакинумаб) являются эффективными методами лечения острых приступов [26]. Целесообразность персонифицированного выбора режима терапии обусловлена и индивидуальными особенностями больного, и гетерогенностью собственно подагрического процесса, протекающего с вовлечением многих органов и систем организма, что существенно модифицирует фармакодинамику препаратов, приводя к кумуляции нежелательных эффектов.
Терапия НПВС занимает лидирующие позиции в лечении как острого приступа, так и хронического подагрического артрита. Считается, чем раньше назначен препарат, тем быстрее может быть достигнут анальгетический эффект. НПВС следует использовать в максимальных суточных дозах, которые могут быть уменьшены по мере ослабления симптоматики. Выбор конкретного НПВС во многом зависит от личных предпочтений. И селективные ингибиторы ЦОГ-2, и традиционные НПВС эффективны при лечении острых приступов подагрического артрита. Недавний систематический обзор, объединяющий результаты шести рандомизированных клинических исследований (851 пациент), продемонстрировал одинаковый эффект эторикоксиба (120 мг в сутки), индометацина и диклофенака при остром артрите, с лучшей у эторикоксиба переносимостью со стороны желудочно-кишечного тракта [27]. Другой селективный ингибитор ЦОГ-2 — целекоксиб также обнаружил сопоставимый с индометацином эффект в отношении умеренной и выраженной боли у пациентов с острым подагрическим артритом [28]. Еще в одном систематическом обзоре был сделан вывод о том, что НПВС и селективные ингибиторы ЦОГ-2 обнаруживают эквивалентные преимущества в плане уменьшения боли, отечности и улучшения общего самочувствия, однако традиционные НПВС отличаются большей частотой отмены из-за нежелательных явлений [29].
Колхицин — алкалоид, получаемый из растения безвременника осеннего (Colchicum autumnae), используется для лечения острой подагры на протяжении многих десятилетий. Клинические исследования и ежедневная рутинная практика демонстрируют высокую частоту побочных эффектов при применении колхицина, которые, вероятно, можно объяснить назначением в прошлые годы более высоких доз препарата, чем рекомендованы в настоящее время. По крайней мере, большое многоцентровое исследование пациентов с подагрой и сохраненной функцией почек убедительно показало сопоставимую эффективность двух режимов терапии острого подагрического артрита: низкодозового (1,8 мг колхицина в сутки: 1,2 мг сразу и 0,6 мг через час) и высокодозового (4,8 мг колхицина в сутки: 1,2 мг сразу и по 0,6 мг каждый час; 6 раз), с существенно меньшей частотой побочных эффектов со стороны желудочно-кишечного тракта в группе с низкой дозой. Причем эффективность низких доз колхицина была эквивалентна высоким в том случае, если колхицин в низких дозах назначался в течение первых 12 часов после начала острого приступа артрита [30]. Клиническая практика показывает, что колхицин оказывается гораздо менее эффективным, если его назначают после 12–24 часов от начала приступа. Соответственно, более позднее назначение может потребовать больших доз препарата, что практически всегда заканчивается развитием нежелательных лекарственных реакций.
Согласно современным национальным рекомендациям для купирования острой атаки артрита целесообразным считается назначение у большинства пациентов низких доз колхицина (1,5 мг в первые сутки (1 мг сразу и через 1 час еще 0,5 мг) и по 1 мг со следующего дня) [13].
Назначение ГК для купирования острого приступа подагры возможно в виде внутрисуставных (после удаления синовиальной жидкости), внутримышечных инъекций или внутрь.
Пероральный прием преднизолона в суточной дозе 30–35 мг/сут демонстрирует высокую эффективность [31, 32] и рекомендуется группами Американского колледжа ревматологов (American College of Rheumatology, ACR) и Европейской антиревматической лиги (European League Against Rheumatism, EULAR) в качестве терапии первой линии при лечении острого приступа подагры [12, 33]. При этом стартовая доза преднизолона 30–35 мг/сут назначается на несколько (3–6) дней с последующей быстрой (в течение 1 недели) полной отменой.
Внутримышечное введение ГК может быть применено в случаях полиартикулярного поражения суставов [34]. Внутрисуставные инъекции стероидов оказываются очень эффективными и рекомендуются как ACR, так и EULAR при моно- или полиартикулярном поражении суставов, несмотря на отсутствие рандомизированных клинических исследований [12, 33].
Однако важно отметить, что, вопреки бытующему мнению, прием преднизолона не эффективнее НПВС. Так, сравнение двух режимов терапии (преднизолон 35 мг/сут и напроксен 1000 мг/сут) у пациентов с острым подагрическим артритом показало отсутствие различий в динамике интенсивности боли при сопоставимой частоте нежелательных эффектов [35]. Кроме того, ГК не безопаснее НПВС, поскольку способны усугубить течение артериальной гипертонии и сахарного диабета [36]. В исследовании [37] частота побочных эффектов даже на однократное внутрисуставное введение ГК (бетаметазон 7 мг) оказалась чрезвычайно высокой: у 73% пациентов обнаружилось клинически значимое повышение уровня систолического артериального давления, у 23% — гликемия натощак, у 13% — ЭКГ-признаки ишемии миокарда.
При наличии абсолютных противопоказаний и/или неэффективности НПВС, колхицина и ГК, а также отсутствии текущей инфекции, с целью купирования острого артрита возможно применение моноклональных антител к ИЛ-1 (канакинумаб) [12].
Уратснижающая терапия
Уратснижающая терапия, основной целью которой является предупреждение образования и растворение имеющихся кристаллов МУН, возможна посредством достижения уровня МК ниже точки супернасыщения сыворотки уратами (
ФГБОУ ВО ОмГМУ МЗ РФ, Омск
Аллопуринол или азурикс что лучше
ИМ — инфаркт миокарда
ККр — клиренс креатинина
МК — мочевая кислота
НПВП — нестероидные противовоспалительные
ССЗ — сердечно-сосудистое заболевание
Предпосылки к проведению исследования
Подагра представляет собой хроническое заболевание, характеризующееся гиперурикемией, артропатией, образованием тофусов и уролитиазом, которое сопровождается увеличением риска развития сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) и хронических болезней почек [1]. У больных с подагрой риск развития осложнений ССЗ, включая риск смерти, существенно выше, чем у лиц без подагры [2, 3]. Опубликование экспертами Администрации США по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов рекомендательного документа, в котором подчеркивались требования к оценке безопасности гипогликемических препаратов по влиянию на риск развития осложнений ССЗ [4], стало основанием для проверки в сходных исследованиях такой безопасности и других терапевтических средств, включая препараты для лечения больных подагрой.
Фебуксостат — непуриновый ингибитор ксантиноксидазы, который используют для уменьшения выраженности гиперурикемии у больных с подагрой. Фебуксостат подавляет как окисленные, так и редуцированные формы ксантиноксидазы и уменьшает образование мочевой кислоты (МК) [5]. Применение фебуксостата обеспечивает высокоселективное и мощное подавление ксантиноксидазы и более выраженную гипоурикемическую активность по сравнению с применением аллопуринола в обычно применяемых дозах [6]. В период разработки прием фебуксостата сравнивали с приемом плацебо и аллопуринола в ходе выполнения клинических исследований, включавших более 5000 больных с подагрой [5—7]. Результаты таких исследований позволяли предположить небольшое увеличение частоты развития осложнений ССЗ при применении фебуксостата.
Цель исследования
В соответствии с требованиями Администрации США по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов проверить гипотезу о том, что прием фебуксостата не менее безопасен, чем прием аллопуринола, по влиянию на риск развития тяжелых осложнений ССЗ у больных с подагрой и установленным диагнозом ССЗ.
Структура исследования
Многоцентровое рандомизированное двойное слепое исследование, выполненное в 320 исследовательских центрах Северной Америки, для проверки гипотезы о не менее высокой безопасности применения фебуксостата по сравнению с аллопуринолом; медиана продолжительности наблюдения 32 мес (максимальная продолжительность наблюдения 85 мес).
Больные
В исследование включали больных, у которых была диагностирована подагра в соответствии с критериями Американской ассоциации ревматологов [8] и в анамнезе было указание на ССЗ до рандомизации. Кроме того, для включения в исследование требовалось, чтобы концентрация МК была не менее 420 мкмоль/л или не менее 360 мкмоль/л при недостаточно эффективно леченной подагре после фазы вымывания в течение 1—3 нед, в которой больной не принимал ранее применяемые препараты для лечения подагры. ССЗ в анамнезе было критерием включения в исследование, если больной ранее переносил инфаркт миокарда (ИМ), госпитализировался по поводу нестабильной стенокардии, переносил инсульт, госпитализировался по поводу преходящего нарушения мозгового кровообращения, имел заболевание периферических сосудов, а также сахарный диабет с признаками микро- или макрососудистого заболевания. Подробно исходные характеристики больных представлены в таблице. Таблица. Исходные характеристики больных, включенных в исследование Примечание. Данные представлены как число больных в процентах, среднее ± стандартное отклонение или медиана значений (межквартильный диапазон), если не указано другое. ССЗ — сердечно-сосудистые заболевания; ХБП — хроническая болезнь почек.
Вмешательство
Больных распределяли в группу фебуксостата или группу аллопуринола. Оба препарата назначали 1 раз в день. Рандомизацию выполняли со стратификацией в зависимости от рассчитанного клиренса креатинина (ККр) при включении в исследование (60 мл/мин и более или в диапазоне от 30 мл/мин и более до менее 60 мл/мин).
Дозу аллопуринола подбирали в зависимости от функции почек. Больные, у которых рассчитанный ККр был не менее 60 мл/мин, начинали принимать аллопуринол по 300 мг 1 раз в сутки, а затем дозу увеличивали на 100 мг каждый месяц либо до достижения концентрации МК менее 360 мкмоль/л или достижения дозы аллопуринола 600 мг 1 раз в сутки. Больные, у которых рассчитанный ККр был в диапазоне от 30 мл/мин до менее 60 мл/мин, начинали принимать аллопуринол по 200 мг 1 раз в сутки и затем дозу увеличивали на 100 мг в месяц до достижения концентрации МК в крови менее 360 мкмоль/л или достижения дозы аллопуринола 400 мг 1 раз в сутки.
Доза фебуксостата не изменялась в зависимости от функции почек. Больные, распределенные в группу флебуксостата, начинали принимать препарат по 40 мг 1 раз в сутки и продолжали применять такую дозу, если концентрация МК оставалась менее 360 мкмоль/л после 2 нед терапии. Если уровень МК в крови был более 360 мкмоль/л во время посещения исследовательского центра через 2 нед после рандомизации, дозу фебуксостата увеличивали до 80 мг 1 раз в сутки и такая доза сохранялась до конца исследования.
Информация о концентрации МК предоставлялась исследователям только в течение 10-недельного периода подбора дозы для того, чтобы способствовать увеличению дозы исследуемых препаратов, которое основывалось на ответной реакции, оцениваемой по уровню МК в крови. В течение такого периода исследуемые препараты назначали в соответствии с двойным слепым двойным плацебо-контролируемым протоколом исследования с помощью интерактивной голосовой системы. Такой подход использовали для предотвращения нарушения слепого метода у больных, которым не подбирали дозу исследуемых препаратов. После завершения подбора дозы информацию об уровне МК в крови скрывали как от исследователей, так и представителей компании, финансирующей исследование, а интерактивная голосовая система использовалась только для регулирования выдачи препарата в ходе выполнения исследования.
Во время первого посещения исследовательского центра все гипоурикемические препараты отменяли и в отсутствие указаний в анамнезе на неприемлемые побочные эффекты при приеме колхицина назначали колхицин по 0,6 мг/сут для профилактики обострения подагры. Все больные профилактически принимали колхицин в течение первых 6 мес после рандомизации. Если прием колхицина приводил к развитию неприемлемых побочных эффектов и рассчитанный ККр составлял не менее 50 мл/мин, больным назначали напроксен (по 250 мг 2 раза в сутки) в сочетании с ланзопразолом (по 15 мг 1 раз в сутки). Если больной не мог принимать ни колхицин, ни напроксен, для профилактики можно было применять другие нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП) или преднизолон либо исследователь мог выбрать тактику лечения при обострении подагры.
Больные должны были посещать исследовательский центр для первого обследования и в дальнейшем через 2, 4, 6, 8, 10 и 12 мес, а потом через 24 мес после рандомизации и затем каждые 6 мес до конца исследования. Больные со сниженной функцией почек или больные в возрасте 65 лет и старше при рандомизации также посещали исследовательский центр через 9 и 15 мес после рандомизации для оценки биохимических показателей в крови. Если больной был согласен наблюдаться, но не посещал исследовательский центр, с больным связывались по телефону, но такая тактика не считалась предпочтительной или рекомендуемой.
Критерии оценки/Клинические исходы
Дополнительные показатели: комбинированный показатель смертности от осложнений ССЗ, частоты развития несмертельного ИМ, несмертельного инсульта, а также отдельные компоненты основного показателя.
Основные результаты
В период с апреля 2010 г. по май 2017 г. в исследование были включены 6198 больных. Не приняли ни одной таблетки исследуемого препарата 8 больных, так что в модифицированный анализ, выполненный исходя из допущения, что все больные приняли назначенное лечение, были включены данные о 6190 больных. Не отмечалось существенных различий между группами по исходным характеристикам.
В группе фебуксостата окончательная доза исследуемого препарата составляла 40 и 80 мг у 61 и 39% больных соответственно. В группе аллопуринола в соответствии с определенным протоколом исследования ККр дозу аллопуринола 200, 400, 300, 500 и 600 мг принимали 21,8, 44,6, 25,2, 4,3 и 4,1% больных соответственно.
В целом 56,6% больных стойко прекратили прием исследуемого препарата: в группе фебуксостата и группе аллопуринола 57,3 и 55,9% соответственно. Доля больных, которые не посещали исследовательский центр для очередного запланированного обследования, в целом достигала 45%: в группе фебуксостата и группе аллопуринола 45 и 44,9% соответственно. Медиана продолжительности приема фебуксостата и аллопуринола достигала 728 и 719 дней соответственно. Медиана продолжительности наблюдения в группе фебуксостата и группе аллопуринола составляла 968 и 942 дней соответственно.
Доля больных, у которых через 2 нед после начала терапии концентрация МК в крови составляла менее 360 мкмоль/л, была выше в группе фебуксостата по сравнению с группой аллопуринола; после этого в ходе выполнения исследования у большего числа больных группы фебуксостата по сравнению с группой аллопуринола концентрация МК в крови была менее 360 мкмоль/л по данным большинства анализов, несмотря на то что различия между группами были небольшими. Кроме того, в группе фебуксостата по сравнению с группой аллопуринола в целом в ходе выполнения исследования была выше доля больных с уровнем МК в крови менее 300 мкмоль/л. Частота обострения подагры была сходной в группе фебуксостата и группе аллопуринола, составляя 0,68 и 0,63 случая на 1 человека в год соответственно.
В ходе выполнения исследования между группами не отмечалось статистически значимых различий по концентрации в крови электролитов, глюкозы и липидов, а также уровню артериального давления и частоте применения лекарственных средств для лечения ССЗ.
После развития 624 неблагоприятных клинических исходов, которые стали основанием для окончания исследования, и до закрытия базы данных развились дополнительные неблагоприятные клинические исходы. Результаты полного анализа свидетельствовали о сходной частоте развития неблагоприятных исходов, включенных в основной показатель: такие исходы в группе фебуксостата и группе аллопуринола развились у 10,8 и 10,4% больных соответственно в ходе наблюдения, медиана продолжительности которого достигала 32 мес (отношение риска 1,03 при верхней границе одностороннего 98,5% ДИ 1,23; p=0,002 для анализа, выполненного с целью проверки гипотезы о не менее высокой эффективности фебуксостата по сравнению с аллопуринолом). При анализе дополнительных показателей частоты развития несмертельных неблагоприятных исходов отношения риска были сходными с таковыми в исследовании в целом.
Результаты анализа основного показателя в подгруппах свидетельствовали об отсутствии гетерогенности в подгруппах больных с определенными исходными характеристиками. Для смертности от ССЗ отмечено взаимодействие с применением НПВП и отсутствием приема низкой дозы аспирина (нестандартизованное p
Аллопуринол или азурикс что лучше
Научно-исследовательский институт ревматологии им. В.А. Насоновой, Москва, Россия
Введение
Подагра является наиболее часто встречающимся воспалительным артритом у взрослых [1], распространенность которого продолжает увеличиваться в течение последних десятилетий [2, 3].
Основная цель лечения подагры – это достижение и длительное поддержание целевого уровня мочевой кислоты (МК) путем применения как медикаментозных, так и немедикаментозных методов терапии. И хотя основополагающие принципы терапии подагры остаются незыблемыми на протяжении последних десятилетий, развитие медицины и накопленный клинический опыт предполагают необходимость постоянной коррекции существующих рекомендаций.
В статье освещаются некоторый спорные вопросы терапии подагры, обсуждаемые в последние годы.
Применение уратснижающей терапии во время острого приступа артрита
Вопрос, когда следует назначать терапию, никогда в литературе широко не обсуждался, тем не менее по устоявшемуся мнению считается, что инициировать прием уратснижающих препаратов следует только после полного купирования артрита, а лучше спустя 2 недели [4]. Схожий принцип представлен в Португальских рекомендациях по лечению и диагностике подагры [5]. Однако подобная тактика зачастую приводит к неудовлетворительному результату. Во-первых, после стихания обострения пациенты, обученные самостоятельно принимать противовоспалительные препараты для купирования последующих приступов артрита, зачастую пренебрегают необходимостью повторных визитов к врачу и уратснижающая терапия просто не будет назначена; а во-вторых, получив информацию о eе негативном влиянии на течение текущего артрита, пациенты в будущем склонны отменять уратснижающие препараты во время возникновения подобных приступов либо вовсе избегать их приема [6, 7].
Обновленные рекомендации Европейской антиревматической лиги, упоминая о проблеме, указывают, что данных для принятия конкретного решения о сроках начала уратснижающей терапии пока недостаточно [8]. Это не совсем верно. Так, последние исследования позволяют относиться к необходимости выдерживать паузу при назначении уратснижающих препаратов скептически. В рандомизированное двойное слепое плацебо-контролируемое одноцентровое исследование T.H. Taylor et al. были включены 57 пациентов с острым приступом подагрического артрита, рандомизированных в 2 группы: принимавших аллопуринол в стартовой дозе 300 мг/сут или плацебо. Всем пациентам с целью купирования артрита назначался индометацин 50 мг 3 раза в сутки в течение 10 дней с последующим назначением колхицина 0,6 мг 2 раза в сутки на 90 дней для профилактики приступов.
С 11-го дня наблюдения все пациенты из 2-й групп также получали аллопуринол; с того момента исследование было открытым. При анализе среднесуточной интенсивности боли по визуальной аналоговой шкале (ВАШ) по 10-балльной шкале в первые 10 дней наблюдения даже минимальных различий в группах получено не было, более того, к концу наблюдения средние значения интенсивности боли в группе аллопуринола были даже чуть меньше (0,18 мм в группе аллопуринола против 0,27 мм в группе плацебо; p=0,54). Дальнейшее 3-месячное наблюдение не зафиксировало и различий в частоте острых приступов, зарегистрированных у 2 пациентов, принимавших аллопуринол, и у 3 пациентов, принимавших плацебо (p=0,6). Таким образом, применение аллопуринола во время острого приступа подагры не отождествлялось ни с усилением интенсивности боли во время текущего приступа, ни с увеличением частоты рецидивов вспышек по сравнению с пациентами, которым аллопуринол был назначен после купирования артрита [9]. В схожем плацебо-контролируемом исследовании показано, что применение аллопуринола во время острого приступа не влияло не только на интенсивности боли, но и на длительность текущего обострения [10]. Данный факт особенно важен с учетом того, что время, потраченное на купирование артрита, может существенно отодвигать сроки начала уратснижающей терапии. Интересно, что не было различий в средних значениях сывороточного уровня МК между группами аллопуринола и плацебо ни через 14 дней (в течение этого времени доза аллопуринола составляла 100 мг/сут), ни через 28 дней (доза аллопуринола – 200 мг/сут). Вероятно, медленное титрование дозы препарата не приводит к резким колебаниям уровня МК сыворотки, тем самым снижая риск обострений артрита.
Подобного мнения о необходимости приема уратснижающих препаратов, не дожидаясь купирования острого приступа артрита, поддерживают и сами пациенты, аргументируя это возможностью скорейшего контроля подагры путем максимально быстрого достижения уровня МК сыворотки [11]. Тем не менее при наличии у пациента опасений, связанных с применением препаратов во время приступа, рационально отложить инициацию уратснижающей терапии до его разрешения.
Применение сопутствующей профилактической противовоспалительной терапии
Известно, что прием любых средств, снижающих сывороточный уровень МК, независимо от их механизма действия (аллопуринол, фебуксостат, пегуриказа, бензобромарон) связан с нарастанием частоты приступов артрита в первые месяцы такой терапии [12]. В то же время применение симптоматической противовоспалительной терапии путем длительного применения нестероидных противовоспалительных средств (НВПС), колхицина или глюкокортикостероидов (ГКС) позволяет снижать риск развития обострения во время инициации и подбора дозы уратснижающих препаратов [13, 14]. Основной обсуждаемый вопрос – какие конкретно препараты лучше использовать для этой цели.
Наиболее популярны рекомендации Европейской антиревматической лиги, где выбор конкретного препарата для профилактики приступов артрита остается на усмотрение врача и включает назначение колхицина в низких дозах или НВПС (также в минимально эффективной противовоспалительной дозе, при необходимости – с гастропротективной терапией) [8].
Более широкий перечень препаратов предложен в последних рекомендациях Американской коллегии ревматологов, где в случае наличия противопоказаний к применению НВПС и колхицина стоит рассмотреть возможность назначения и низких доз ГКС [11].
Контрастируют с ними рекомендации французских ревматологов, которые ограничиваются применением для профилактики приступов артрита только низких доз колхицина [15].
С одной стороны, колхицин действительно наиболее полно изучен в отношении способности снижать вероятность приступов артрита при инициации уратснижающей терапии и даже при высокой стоимости экономически целесообразен, по данным исследования P.C. Robinson et al. [16].
Тем не менее назначать оптимальную дозу колхицина возможно далеко не всегда, особенно пациентам с наличием хронической болезни почек (ХБП), препарат не всегда хорошо переносится с учетом возникновения тошноты и диареи, а при совместном приеме с ингибиторами ГМГ-КоА редуктазы, фибратами, верапамилом, дилтиаземом, кларитромиционом и др. может увеличивать риск развития острой миопатии и апластической анемии, особенно в пожилом возрасте [17–19].
В любом случае выбор конкретного препарата должен быть осознанным и обоснованным. В ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой проводится проспективное исследование, цель которого – сравненить эффективность и безопасность различных противовоспалительных препаратов, используемых в качестве профилактики приступов артрита. Осуществляется динамическое обследование 97 пациентов с подагрой на протяжении 24 недель, включившее непрерывное применение комбинированной уратснижающей и профилактической противовоспалительной терапии.
При инициации уратснижающей терапии назначен аллопуринол по 100 мг/сут с последующим титрованием дозы до достижения целевого уровня МК, который определялся как 5% с более низким – на 40% по сравнению с теми, у кого ИМТ не менялся [48]. По результатам длительного ретроспективного анализа клинических проявлений у пациентов с подагрой изолированное соблюдение диеты вне приема уратснижающих препаратов не приводило к достижению целевого уровня МК сыворотки ни в одном из 18 случаев, хотя среднее значение массы тела снизилось [6].
В рекомендациях ACR среди прочих постулатов сформулировали и условно «неофициальные» рекомендации, одна из которых призывает избегать формирования у пациентов чувства вины из-за неоптимального образа жизни и связанной с ним стигматизации. Необходимо быть предельно внимательными при опросе пациента о его пищевых привычках: пациент не должен чувствовать даже минимального «обвинения» и осуждения со стороны врача. В то же время необходимо донести до пациента, что, хотя коррекция диеты и приводит лишь к минимальному снижению уровня МК, ее нарушение может служить фактором риска приступов артрита [11].
Таким образом, можно говорить о смещении данного вектора лечения подагры: диетотерапия может приводить лишь к незначительному снижению сывороточного уровня МК, ее основная цель – снижение частоты обострений артрита.
Заключение
Таким образом, согласно современным представлениям, обобщенно можно сформулировать несколько предлагаемых позиций в лечении подагры, отличных от канонических.
Всем пациентам с установленным диагнозом подагры необходимо назначать уратснижающие препараты с целью достижения целевого уровня МК, что стоит инициировать, не дожидаясь 14-дневного периода после стихания обострения.
Аллопуринол по-прежнему следует рассматривать как препарат первой линии уратснижающей терапии, но в случае наличия у пациента ХБП предпочтительнее назначать фебуксостат.
Профилактику приступов артрита стоит проводить путем применения колхицина, НПВС или ГКС, рассматривая возможность применения каждого в указанной последовательности, и, возможно, в случае наличия противопоказаний и неэффективности этих препаратов стоит рассматривать применение ингибиторов ИЛ-1 по крайней мере пациентами с тяжелым течением подагры.
Диетотерапия является исключительно вспомогательным методом, помогающим снижать вероятность обострения артрита, но не должна рассматриваться как действенное средство борьбы с гиперурикемией.
Конфликт интересов. Работа выполнена в рамках прикладного научного исследования «Технология применения различных противовоспалительных для профилактики приступов артрита при назначении уратснижающей терапии у больных подагрой» (№ 2020-397-007). Авторы не получали гонорар за статью. М.С. Елисеев подтверждает, что получает гонорары за чтение лекций.
Литература
1. Kuo C.F., Grainge M.J., Zhang W., et al. Global epidemiology of gout: prevalence, incidence and risk factors. Nat Rev Rheumatol. 2015;11(11):649–62. Doi: 10.1038/nrrheum.2015.91.
2. Pisaniello H.L., Lester S., Gonzalez-Chica D., et al. Gout prevalence and predictors of urate-lowering therapy use: results from a population-based study. Arthr Res Ther. 2018;20(1):143. Doi: 10.1186/s13075-018-1633-9.
3. Richette P., Doherty M., Pascual E., et al. 2018 updated European League Against Rheumatism evidence-based recommendations for the diagnosis of gout. Ann Rheum Dis. 2020;79:31–8.
4. Ревматология: национальное руководство / Под ред. Е.Л. Насонова, В.А. Насоновой. М., 2008. 379 с.
5. Araújo F., Cordeiro I., Teixeira F., et al. Portuguese recommendations for the diagnosis and management of gout. Acta Reumatol Port. 2014;39(2):158–71.
6. Елисеев М.С., Барскова В.Г., Денисов И.С. Динамика клинических проявлений подагры у мужчин (данные 7-летнего ретроспективного наблюдения). Терапевтический архив. 2015;87(5):10–5. Doi: 10.17116/terarkh201587510-15.
7. Dehlin M., Ekström E.H., Petzold M., et al. Factors associated with initiation and persistence of urate-lowering therapy. Arthr Res Ther. 2017;19(1):6. Doi: 10.1186/s13075-016-1211-y.
8. Richette P., Doherty M., Pascual E., et al. 2016 updated EULAR evidence-based recommendations for the management of gout. Ann Rheum. Dis. 2017;76(1):29–42. Doi: 10.1136/annrheumdis-2016-209707.
9. Taylor T.H., Mecchella J.N., Larson R.J., et al. Initiation of allopurinol at first medical contact for acute attacks of gout: a randomized clinical trial. Am. J. Med. 2012;125(11):1126–34. Doi: 10.1016/j.amjmed.2012.05.025.
10. Hill E.M., Sky K., Sit M., et al. Does starting allopurinol prolong acute treated gout? A randomized clinical trial. J Clin Rheumatol. 2015;21(3):120–25. Doi: 10.1097/RHU.0000000000000235.
11. FitzGerald J.D., Dalbeth N., Mikuls T., et al. 2020 American College of Rheumatology Guideline for the Management of Gout. Arthr Rheum. 2020;72(6):879–95. Doi: 10.1002/art.41247.
12. Sarawate C.A., Patel P.A., Schumacher H.R., et al. Serum urate levels and gout flares: Analysis from managed care data. J. Clin. Rheumatol. 2006;12(2):61–5.
13.Elisеev М., Chikina М., Nasonov Е. Prophylaxis of Acute Arthritis at Initiation of Urate-Lowering Therapy in Gout Patients. Recent Advances in Gout. IntechOpen. 2019:57–70. DOI: 10.5772/intechopen.84456.
14. Чикина М.Н., Елисеев М.С., Желябина О.В. Практическое применение национальных клинических рекомендаций по лечению подагры (предварительные данные). Современная ревматология. 2020;14(2):97–103. https://doi.org/10.14412/1996-7012-2020-2-97-103
15. Pascart T., Latourte A., Flipo R.M., et al. 2020 recommendations from the French Society of Rheumatology for the management of gout: Urate-lowering therapy. Joint Bone Spine. 2020;S1297-319X(20)30085-3. Doi: 10.1016/j.jbspin.2020.05.002.
16. Robinson P.C., Dalbeth N., Donovan P. Colchicine Prophylaxis of Gout Flares When Commencing Allopurinol is Very Cost Effective. Arthr. Care Res. (Hoboken). 2020;10.1002/acr.24357. Doi: 10.1002/acr.24357.
17. Angelidis C., Kotsialou Z., Kossyvakis C., et al. Colchicine Pharmacokinetics and Mechanism of Action. Curr Pharm Des. 2018;24(6):659–63. Doi: 10.2174/138161282466618012311004.
18. Kuncl R.W., Duncan G., Watson D., et al. Colchicine myopathy and neuropathy. N Engl J Med. 1987;316(25):1562–8. doi: 10.1056/NEJM198706183162502.
19. Kuritzky L., Panchal R. Gout: nonsteroidal anti-inflammatory drugs and colchicine to prevent painful flares during early urate-lowering therapy. J Pain Palliat Care Pharmacother. 2010;24(4):397–401. Doi: 10.3109/15360288.2010.526689.
20. URL: https://grls.rosminzdrav.ru/Grls_View_v2.aspx?routingGuid=22616d3a-2387-4f6a-9c15-a7aa76be1e1b&t.
21. URL: https://rheumatolog.su/media/media/2018/07/18/clinrec_npvp.pdf
22. URL: https://grls.rosminzdrav.ru/Grls_View_v2.aspx?routingGuid=143bab73-c9d6-4da9-a447-9ec6109ebaeb&t
23. Wortmann R.L., Macdonald P.A., Hunt B., Jackson R.L. Effect of prophylaxis on gout flares after the initiation of urate-lowering therapy: Analysis of data from three phase III trials. Clin Ther. 2010;32(14):2386–97. Doi: 10.1016/j.clinthera.2011.01.008.
24. Khanna D., Khanna P.P., Fitzgerald J.D., et al. 2012 American College of Rheumatology guidelines for management of gout. Part 2: therapy and antiinflammatory prophylaxis of acute gouty arthritis. Arthr Care Res. (Hoboken) 2012;64:1447–61. Doi: 10.1002/acr.21773.
25. White W.B., Saag K.G., Becker M.A., et al. Cardiovascular safety of febuxostat or allopurinol in patients with gout. N Engl J Med. 2018;378(13):1200–10. Doi: 10.1056/NEJMoa1710895.
26. Choi H., Neogi T., Stamp L., et al. Implications of the cardiovascular safety of febuxostat and allopurinol in patients with gout and cardiovascular morbidities (CARES) trial and associated FDA public safety alert. Arthr Rheum. 2018;70(11):1702–709. Doi: 10.1002/art.40583.
27. Елисеев М.С., Новикова А.М. По следам исследования CARES: сердечно-сосудистая безопасность фебуксостата. РМЖ. 2020;28(7):39–42.
28. Katsiki N., Borghi C. The future of febuxostat after the Cardiovascular Safety of Febuxostat and Allopurinol in Patients with Gout and Cardiovascular Morbidities (CARES) trial: who CARES? Expert Opin Pharmacother. 2018;19(17):1853–56. Doi: 10.1080/14656566.2018.1532503.
29. Becker M.A., Schumacher H.R., Espinoza L.R., et al. The urate-lowering efficacy and safety of febuxostat in the treatment of the hyperuricemia of gout: the CONFIRMS trial. Arthr Res Ther. 2010;12(2):R63. Doi: 10.1186/ar2978.
30. chumacher H.R., Becker M.A., Wortmann R.L., et al. Effects of febuxostat versus allopurinol and placebo in reducing serum urate in subjects with hyperuricemia and gout: a 28-week, phase III, randomized, double-blind, parallel-group trial. Arthr. Rheum. 2008;59(11):1540–48. Doi: 10.1002/art.24209.
31. Foody J., Turpin R.S., Tidwell B.A., et al. Major Cardiovascular Events in Patients with Gout and Associated Cardiovascular Disease or Heart Failure and Chronic Kidney Disease Initiating a Xanthine Oxidase Inhibitor. Am Health Drug Benefits. 2017;10(8):393–401.
32. U.S. Food and Drug Administartion. Safety Alerts for Human Medical Products. URL: https://www.fda.gov/drugs/drugsafety/ucm584702.htm. (дата обращения 13.04.2020).
33. Liu X., Wang H., Ma R., et al. The urate-lowering efficacy and safety of febuxostat versus allopurinol in Chinese patients with asymptomatic hyperuricemia and with chronic kidney disease stages 3–5. Clin Exp Nephrol. 2018;23(3):362–70. Doi: 10.1007/s10157-018-1652-5.
34. Kim S.H., Lee S.Y., Kim J.M., Son C.N. Renal safety and urate-lowering efficacy of febuxostat in gout patients with stage 4-5 chronic kidney disease not yet on dialysis. Korean J Intern Med. 2020;35(4):998–1003. Doi: 10.3904/kjim.2018.423.
35. Подагра. Клинические рекомендации Министерства Здравоохранения Российской Федерации. URL: http://cr.rosminzdrav.ru/#!/recomend/174.
36. Schlesinger N., Mysler E., Lin H.Y., et al. Canakinumab reduces the risk of acute gouty arthritis flares during initiation of allopurinol treatment: results of a double-blind, randomised study. Ann Rheum Dis. 2011;70(7):1264–71. Doi: 10.1136/ard.2010.144063.
37. Solomon D., Robert J., et al. Relationship of Interleukin-1Blockade With Incident Gout and Serum Uric Acid Levels. Ann Intern Med. 2018;18:1–8. Doi: 10.7326/M18-1167.
38. Елисеев М.С., Желябина О.В., Мукагова М.В., Насонов Е.Л. Клинический опыт применения блокатора интерлейкина 1β канакинумаба у больных хронической тофусной подагрой: купирование артрита и профилактика обострений при назначении аллопуринола. Современная ревматология. 2015;9(2):16–22. https://doi.org/10.14412/1996-7012-2015-2-16-22
39. Elisеev M., Sheliabina O. Adherence to urate-lowering therapy in patients with severe gout who received сanakinumab following a 5-year retrospective analysis. Ann Rheum Dis. 2020;79(1):445.
40. Ridker P.M., Everett B.M., Thuren T., et al. Antiinflammatory Therapy with Canakinumab for Atherosclerotic Disease. N Engl J Med. 2017;377(12):1119–31. Doi: 10.1056/NEJMoa1707914.
41. Zhang W., Doherty M., Bardin T., et al. EULAR evidence based recommendations for gout. Part II: Management. Report of a task force of the EULAR Standing Committee for International Clinical Studies Including Therapeutics (ESCISIT). Ann Rheum Dis. 2006;65(10):1312–24. Doi: 10.1136/ard.2006.055269.